Мысль о Бэконе всколыхнула пласты моей человеческой памяти. Сибирцев в земном детстве иногда находил в себе нечто, не соответствующее земному. Такое, что и словами не пересказать. Будто в нем живет и иногда показывается какое-то волшебное, могущественное и доброе существо. Покажется и, - спрячется. Иногда сны приносили красочные картинки из странных миров, в которых он тоже был дома. Но приходило настоящее утро, и ночные картинки превращались в недосказанные, недосмотренные сказки.
Со взрослением такое случалось все реже. Но это все было с Сибирцевым, который не совсем я.
Теперь, став тем самым волшебным существом, я начал понимать...
Времени хватит. Обе программы пошли, вакуум принял их с готовностью. С ожиданием.
Арета тоже обретала могущество и самобытие.
Вот только открытая в юности бинарность мира тревожила. Где ангел, там где-то крутится дьявол. Рядом с Кертисом всегда будет Агуара.
Как они там, полностью изолированные и беспомощные?
Добренькие они или злые, любящие Землю или Антарес, - всё же они люди. И если другой Алексей Сибирцев не вернется к ним, они так и останутся в неведении. И злые уже не станут добрыми, а добренькие не обретут крыльев.
Кольца змеи напряглись, исторгнув мириады красных искр. Антарес бросил в битву резервы. Но и они не всемогущи. Я скомандовал инъекцию в свой земной мозг оставшегося стимулятора. Нейронную сеть надо сохранить. Вновь переменилась звездная картина в контактном с вакуумом слое.
И отсюда, из вакуума, я ощутил удар, нанесенный по Перископу. Шхуну затрясло, обезьянкам придется особенно туго. Но они выдержат, как и люди. Ибо смерти здесь нет. Смерть их ждет не здесь.
Что теперь будет? Независимо от того, вернусь я в тело или нет, мое "Я", полностью отпечатанное, отраженное в одном из слоев вакуума, уже обрело независимое существование. Если я вернусь, меня станет двое. Один - человек, другой - не знаю... И оба "Я" будут связаны между собой. Один - в мире явлений, другой - в мире действия... Возвращение, - это соединение обновленного мозга с телом, которое неизбежно будет преобразовано тоже. Каким станет мое первое "Я"?
Нет, все-таки это буду один "Я". Хотя бы потому, что тот, который в вакууме, присутствовал там до начала эксперимента с мозгом. Ибо отсюда он, - то есть Я, - способен проникать в любой временной слой верхнего, непрерывно меняющегося мира.
И там, на Земле, я буду навещать себя. И там, на Земле, буду встречать себя в себе. Возможно, немного не так, как в детстве.
---- *** ----
Это было как в эпицентре землетрясения по полной шкале. Очнувшись, Агуара вполз в кресло и, морщась от боли, ощупал себя. Все органы оказались на своих местах.
С Аретой что-то случилось. На экране демонстрируется хроника атомной войны. Где, на какой планете, не понять. Если такое творится рядом, надо ждать новых ударов.
Все, кроме капитана, лежат на полу рубки в различных позах. Агуара присмотрелся. Живы. Где же капитан? Ах да, перед землетрясением он ушел к себе. В каюте с ним ничего не случится. Происходящее вовне воздействует в основном на пространство рубки.
Обезьянки тоже лежат вповалку. Кроме Белого Йога, без сознания. А этот, расправляя белый костюм, пристально наблюдает за ними. Агуара хотел погрозить ему пальцем, но усилие потребовало слишком большого напряжения.
Надо бы войти в транс, освободиться от болей и прояснить ситуацию. Он не делал этого сто лет, придется восстанавливать знания и навык. Послушная память отыскала наставления жреца-опекуна:
"К своим упражнениям-медитациям адепт подключает свой фаллос и поднимает энергию огненного змея Кундалини по позвоночнику-чакрам вверх в голову. Отчего чакры обретают яркость и интенсивность своего цвета..."
Агуара вспоминал инструкции и расслаблялся, готовя тело и сознание к очищению.
Небо изменилось, но он понимал, что эти изменения не объективны, они только отражают наиболее четкие образы из его подсознания.
Вот и они, глаза желанного Антареса. Смотрят одобрительно, их жаркая краснота обещает исполнение желаний. Посадка на одну из планет неизбежна. Хорошо бы на Цитадель. Его ждут. Он пройдет нужные ступени обряда, и его вернут на Землю. И вернется уже не Агуара-Тунпой, а Айпуатом.
На Земле Айпуат, - Открывающий Пути, станет Единственным. Вначале он обретет власть над Цехом Гора-Сфинкса, затем... Обретя власть над планетой, он прежде всего наладит вакуум-мост Земля-Антарес. Таков его обет, данный красным мирам.
Пирамиды Цеха наконец исполнят свое предназначение. Геродоту было что-то известно. Это он написал:
"Пирамида была построена богами и в ее конструкции были заложены знания, выходящие за пределы "золотого сечения", и принес их великий Тот Гермес Трисмегист, и при постройке пирамиды Тотом были даны таинственные буквы IPWT".
Да, Трисмегист стал первым Айпуатом. Агуара-Тунпа будет последним. Геродот не во всем разобрался. Боги тут ни при чем.
====================
Я - капитан Алекс.
