Йона быстро шагнул влево, но теперь на пути стояла Памела — она замерла, глядя на дочь. Рот открылся, словно Памела хотела что-то сказать, но не могла произнести ни слова. Цезарь лежал у нее за спиной, в темноте видна была только подошва ботинка.
— Памела, в сторону! — Йона вскинул пистолет и шагнул вперед.
Цезарь поднялся, прижимая ладонь к остаткам уха. Он в смятении посмотрел на нож и бросил его на землю.
— Памела? — встревоженно сказал он. — Где это мы? Не понимаю, что…
— Убейте его, — крикнула Памела Йоне и шагнула в сторону.
Йона прицелился Цезарю в грудь и нажал спусковой крючок. В ту же секунду Йону накрыло взрывной волной.
Воздух из легких вышибло; Йону опрокинуло на спину. Послышался грохот.
Во все стороны полетели осколки: в доме лопнули стекла.
Внутренние перекрытия, выброшенные взрывной волной, проламывали стены, сыпалась черепица.
Стенные панели разнесло в щепки. Стропила летели вверх, как ракеты.
За ударной волной последовал огненный шар; он ширился так быстро, что загорались взлетевшие в воздух обломки.
Йона упал на спину, перекатился на живот и прикрыл голову руками. Сверху дождем сыпались осколки стекла и горящие щепки.
Рядом с площадкой занялся сухой ельник.
На шею Йоне обрушился тяжелый деревянный засов, и в глазах почернело.
Алиса кричала «Мама!» как будто в каком-то другом измерении.
Наконец Йона очнулся.
Перед ним полыхало то, что осталось от дома. В пламя, взметнув новый сноп искр, провалилась потолочная балка.
Пожар звучал, как прибой.
Йона поднялся. С одежды посыпались щепки, осколки и пыль.
Пистолет куда-то исчез. Цезаря тоже нигде не было видно.
Везде, освещая участок вокруг остатков дома, валялись горящие обломки.
Рядом, зовя Алису и переворачивая дымящийся хлам, ходила нетвердыми шагами Памела.
Над гравийной площадкой все еще оседала пыль. В мутном воздухе плавали хлопья золы.
Алисы нигде не было видно. Мия и третья девушка поднялись на ноги. Возле горящей двери лежала кроссовка.
— Вы не видели, куда ушел Цезарь? — спросил Йона.
— Нет, я… Мне чем-то попало в лицо, и я отключилась, — ответила Мия.
— А ты?
— Я ничего не слышу, — растерянно сказала вторая девушка.
У Мии из носа шла кровь, рана на лбу тоже кровоточила. Мия, дрожа, вытянула из плеча длинную занозу.
— Мия? — позвала Памела.
— Ты как тут оказалась?
— Я приехала за тобой, — сказала Памела и покачнулась.
Она пошла дальше. Из раны на бедре лилась кровь, и штанина насквозь промокла. Памела оттащила в сторону кусок стены с обрывком обоев с золотистым узором.
Из самого дальнего барака донесся грохот еще одного взрыва, уже не такого мощного. Дверь сорвало с петель, вверх по торцу поползли языки пламени.
— Сможете вытащить остальных из клеток? — спросил Йона и поднял с земли обломок водопроводной трубы.
— Наверное. — Мая посмотрела на окровавленное плечо. Кровь стекала по руке и капала с локтя.
Огонь, охвативший крайний барак, уже перекинулся на крышу соседнего.
— Справишься? — повторил Йона. — Я должен найти Цезаря.
— Справлюсь. Справлюсь, — ответила Мия.
Старуха сидела, привалившись спиной к ванне. Лицо с кроваво-красным ртом ничего не выражало; в кожу и оба глаза впились толстые щепки. Кровь с серыми комками проколотых стекловидных тел стекала по ее щекам на землю.
Йона быстро двигался к фуре.
Остатки жилого дома обрушились, в воздух взметнулось пламя, поднялся новый столб искр. Йону обдало жаром. Горела уже вся опушка, черный дым, завиваясь, поднимался к ночному небу.
Фура, тяжело отдуваясь, покатила вперед.
За рулем сидела молодая женщина, которую Йона еще не видел.
Мотор звучал как-то странно. Крутились огромные колеса, покрышка с хрустом раздавила остатки оконной рамы.
Йона на бегу перепрыгнул через изуродованную раковину. Тяжелые пластины бронежилета били по ребрам.
— Алиса! — закричала Памела и захромала за грузовиком.
Тяжелая машина проломила калитку и, погромыхивая, покатила по лесной дороге. Йона бежал между горящих обломков дома. В легких саднило от дыма, боль в боку усилилась. Йоне казалось, что в него втыкают ножи.
— Алиса! — срывающимся голосом кричала Памела.
Йона перескочил канаву, срезал путь через крапиву, выбежал на дорогу и схватился за заднее крепление тента. Девушка за рулем прибавила газу.
Заскрипел рычаг коробки передач.
Обломок трубы упал на землю, но Йоне удалось удержаться. Другой рукой он ухватился за задвижку и перебрался в прицеп-трейлер.
Пол ходил ходуном. Йона поднялся и увидел рядом с собой напольные часы.
Колеса крутились, поднимая облако пыли и мелкого сора.
Прицеп накренился, и Йона, чтобы не упасть, ухватился за металлический прут на потолке.
В багажном отсеке чего только не было.
Крупная мебель выстроилась вдоль прицепа, образуя посредине проход с вещами поменьше — ящиками, стульями, лампами и напольным зеркалом в золоченой раме.
В отсветах горящего дома Йона успел заметить в глубине прицепа Цезаря. Он сидел в кресле и смотрел в телефон; локти покоились на подлокотниках.
Одна щека блестит от крови, остатки уха кажутся мелким кружевом.
