— Примус вряд ли убийца, но он каким-то образом связан с тем, что произошло на детской площадке, — заключил Йона.
— Вы, похоже, сдвинулись с мертвой точки, — пробурчал Кофоэд.
— Я еду в Бюро, буду обсуждать с Марго ресурсы, которые могут понадобиться. Но хорошо бы, чтобы слежка началась прямо сейчас.
— Ясно.
— Сестра — единственная постоянная в жизни Примуса… мне не хочется тебя просить, но не мог бы ты поехать к ее дому и иногда сообщать, что там происходит?
— Я что угодно сделаю, лишь бы не сидеть с внуками.
Был уже вечер, когда Йона припарковался у главного входа в полицейское управление, быстро прошел в шлюзовые двери и бегом бросился к лифту.
Он только что рассказал Арону о новых обстоятельствах, и оба решили доложить о них Марго вместе.
Йона стремительно шагал по коридору восьмого этажа, и бумажки на доске объявлений трепетали, когда он проходил мимо.
Арон уже ждал его у кабинета Марго.
— Примуса в наших базах данных нет, — начал он, — но его сестру Ульрику я как раз нашел в базе лиц, находящихся под наблюдением.
— Как она там оказалась?
— Она замужем за Стефаном Николичем, а он — высокопоставленный член криминального байкерского клуба.
— Отлично.
Йона постучал, открыл дверь, и они с Ароном вошли. Марго сняла очки и взглянула на следователей.
— Предварительное расследование сдвинулось с места, и перспективы пугающие, — начал Арон. — Наш убийца еще не закончил. Он похищает девушек, держит их у себя, после чего устраивает показательную казнь.
— Я слышала про девочку из Евле, — сказала Марго.
— Мия Андерсон. — Арон показал Марго фотографию. — Вот она. И именно ее мы с большой вероятностью найдем в следующий раз.
— Знаю.
— Возвращаясь к Йенни Линд, — сказал Йона и сел. — Мы выяснили, по какой причине Мартин Нордстрём отправился на детскую площадку посреди ночи. Он слышал, как один пациент из его отделения в телефонном разговоре упомянул об убийстве до того, как оно произошло.
— И отправился посмотреть? Или зачем? — спросила Марго.
— Он психически больной человек. Случайно услышал разговор, счел себя обязанным предотвратить расправу, но от увиденного впал в оцепенение.
Марго откинулась на спинку кресла.
— Личность человека, который говорил по телефону, установили?
— Да. Примус Бенгтсон. А говорил он с кем-то, кого зовут Цезарь, — ответил Арон и тоже сел.
— Вызвали этого Примуса на допрос?
— Его уже выписали, а домашнего адреса у него нет, — объяснил Йона.
— Вот черт. — Марго тяжело вздохнула.
— Цезарь пока еще просто имя, но мы считаем, что этот человек пытался склонить Примуса к соучастию в убийстве, — сказал Арон.
— У нас что, дуэт? — спросила Марго.
— Трудно сказать. Большинство действуют в одиночку, но у серийных убийц иногда бывают сообщники, пассивные или активные, — заметил Йона.
— То есть мы говорим о серийном убийце? — уточнила Марго.
— Да.
В дверь кто-то осторожно постучал.
— Да! Я позвал сюда Ларса Тамма, — сказал Арон.
— Зачем? — спросила Марго.
— Примус часто захаживает в гости к своей сестре Ульрике, а она значится в нашей базе лиц, находящихся под наблюдением. Ее муж связан с криминальным мотоклубом.
Едва слышный стук в дверь повторился.
— Заходите! — крикнула Марго.
Конопатое, с белесыми бровями лицо Ларса Тамма имело такое выражение, будто Тамм приготовился к приятной неожиданности. Тамм занимал пост главного прокурора Национального подразделения по борьбе с международной и организованной преступностью с тех самых пор, как это подразделение было создано.
Тамм тихо вошел в кабинет, пожал всем руки и примостился на свободный стул.
— Знаете про мотоклуб? — спросил Йона.
— Он только называется Клуб. На самом деле это крупное уголовное сообщество с «филиалами» в Швеции, Дании и Германии, — стал объяснять Тамм. — Муж Ульрики, Стефан Николич, относится к самой верхушке… Ну что еще сказать… Клуб связан с сетью «Тайсон», которая контролирует оборот наркотиков в Ервефельтет, и польскими «Роуд Раннерз».
— Чем занимается Клуб? — спросила Марго.
— Подпольные игорные дома, отмывание денег, серое кредитование, рэкет, тайная торговля оружием и много-много наркотиков.
— А торговля людьми? Нет?
— Насколько мы знаем, нет… но, конечно, не без проституции…
Йона вышел в коридор и набрал номер Кофоэда, однако у того тут же включилась голосовая почта.
Тогда Йона отправил сообщение насчет связи Николича с Клубом и попросил перезвонить как можно скорее, после чего вернулся в кабинет Марго.
— Насколько вы контролируете ситуацию? — Арон поднялся. — Может, у Примуса членство в Клубе, а вы об этом не знаете?
— Клуб относится к той категории организованной преступности, которую мы называем «найди себя»… человек сам выбирает свое окружение, иногда становится полноправным членом банды лишь через несколько лет… но при этом в таких группировках богатый придонный слой.
— И Примус может плавать в этом придонном слое?
— Если ему есть что предложить, — ответил Ларс.
Йона снова набрал номер Кофоэда. Он уже готов был нажать «отбой», когда после гудков в трубке щелкнуло и послышался шелест.
— Начинаю понимать, что значит отец-полицейский, — тихо ответил Кофоэд.
