Идя сквозь толпу за своим провожатым, Лаура отодвинула в сторону какого-то здоровяка, рукой почувствовав его пропотевшую футболку.
При виде седого толпа расступилась, и Лаура свободно дошла до двери в самом конце ангара.
Возле двери дежурили двое мужчин в бронежилетах и с пистолетами.
Лаура почувствовала, как подскочил пульс.
Она понятия не имела, что от нее понадобилось Николичу.
Провожатый ввел код и вошел. Лаура последовала за ним вверх по узкой лестнице с подсветкой на каждой ступеньке.
Оба прошли в проем с занавеской из светло-коричневых бусин и оказались в вип-зале.
Приглушенный желтый свет бликами лежал на шоколадного цвета кожаных креслах и низеньком журнальном столике с большой птичьей клеткой.
В зале висел странный прогорклый запах.
Стефан Николич стоял у окна, выходившего в ангар, и поглядывал на ринг и людскую толпу.
У приставного столика с графинами, бокалами и ведерком со льдом стояла худенькая женщина с почти идеально круглой стрижкой, одетая в черный спортивный костюм с блеском и черные пляжные шлепанцы.
— Здравствуйте, — с улыбкой произнесла Лаура.
Женщина, не отвечая и не меняя выражения лица, белой салфеткой отполировала бокал и поставила его к остальным.
У стены сидел в огромной птичьей клетке с толстыми прутьями беркут. Темно-коричневые перья линяли, и в полутьме беркута было почти не видно, свет ложился только на желтоватую голову с изогнутым клювом.
Громадная птица как будто внимательно наблюдала блестящим глазом за всем, что происходит в зале.
Стефан обернулся, и Лаура увидела, что в руке у него бинокль в зеленом чехле.
Не говоря ни слова, Николич подошел к креслам и поставил бинокль на столик.
Он, похоже, не спал несколько суток: под глазами от утомления набухли мешки, рот вялый.
Полуседые волосы пострижены ежиком, нос несколько раз сломан, на щеке шрамы.
— Как ваши дела? — спросил Николич и посмотрел на Лауру.
— Хорошо… точнее, не очень хорошо, после предыдущего боя. — Лаура кивнула на окно.
— Я вас здесь раньше не видел.
— Разве?
— У меня очень хорошая память на лица.
— Вы правы, я здесь в первый раз, — улыбнулась Лаура.
— Садитесь.
— Спасибо.
Лаура села и посмотрела вниз, на ярко освещенный ринг и темные потоки людей, снующих по ангару.
— Обычно я знакомлюсь с теми, кто потерял деньги, придя сюда в первый раз, — сказал Стефан. — То есть… некоторые считают, что исход поединков определен заранее, но даю вам слово, что это не так. Мы в любом случае зарабатываем большие деньги.
Стефан замолчал, переглянулся с женщиной и не торопясь поднял два пальца, после чего сел в кресло напротив Лауры, широко расставив ноги.
— А вот человек, который умеет определять победителя, может уйти отсюда богачом…
Женщина неторопливо взяла графин и налила виски в два стаканчика, захватила щипцами лед, добавила содовой из сифона.
С лампы над столом свисали на кожаных ремнях два маленьких кинжала, позванивавших при каждом дуновении воздуха.
— Это для петушиных боев, — пояснил Стефан, проследив за взглядом Лауры.
— Ясно. — Лаура немного удивилась.
— Их привязывают петухам к лапам, как шпоры.
Женщина, сохраняя нейтральное выражение лица, подошла к столику и вручила один стаканчик Стефану, другой — Лауре.
— Спасибо.
— У нас хорошие ставки, — продолжил Стефан. — Вы сами это видели, но большинство игроков время от времени проигрывают. Поэтому мы выдаем кредиты… но скажу прямо: под высокий процент. Так что я рекомендую краткосрочный кредит: возврат на следующий день или через день.
— Я подумаю, — ответила Лаура и пригубила виски.
— Подумайте.
Стефан положил правую ногу на левое колено и пристроил стаканчик на лодыжку. Затоптанные джинсы махрились над пятками.
Седой телохранитель указал на Лауру и надул губы.
— Она мне не нравится, — спокойно произнес он.
— Неужели она из тех трусливых подлецов, которые явились ко мне в дом? — спросил Стефан.
— Нет. Она похожа на легавых, которые ищут наркотики или служат в разведке угрозыска… у нее есть небольшой бюджет на игру, но она не берет кредит и наркотиков не принимала.
Зрители, собравшиеся вокруг ринга, вдруг взревели так, что задребезжали стекла в окнах. Стефан взял бинокль и стал рассматривать публику.
— Рене проиграл последние деньги, — сухо сказал он.
— Привести его сюда?
— Пожалуй.
— Хорошо.
И телохранитель вышел из вип-зала.
Стефан, не глядя на Лауру, поставил бинокль на стол и осушил стаканчик. Стоявшая у барной стойки женщина наполнила новый — виски, лед и содовая.
Из большой клетки донесся шорох: беркут переместился, чтобы лучше видеть. Потянуло мертвечиной. Пол клетки усыпали помет и валявшиеся в беспорядке тонкие косточки.
Стефан поставил стаканчик на стол и взял новый. Женщина забрала пустой стаканчик и бесшумно вернулась на свое место.
— Раньше мы между раундами выпускали девушек в бикини, но после
Черная футболка натянулась у него на животе, на шее висели очки.
— Спасибо за угощение. — Лаура тихо поставила стаканчик на стол. — Пойду спущусь, проиграю свои последние деньги…
— Не торопитесь, — перебил Стефан.
