- Ничего! Мы с этим поможем, - торжественно произнёс Врач, смакуя каждое совё слово.
- Поможете с чем? - резко насторожилась Любава, понимая, что про неё все уже успели забыть. Да и чувства здесь и сейчас были крайне накалёнными.
- Поможем её исправить, - особо не стал обращать внимания на сторонние вопросы Врач.
Любава потеряла дар речи. А Врач спокойно кивнул своим коллегам, и они бесшумными тенями вышли из палаты.
- Что?! Меня не нужно исправлять! Да как вы..! - прокричала им вслед Любава и нервно прижала подушку к животу.
Её негодованию не было придела. К тому же она как приёмник теперь ловила все чувства больницы и прилегающих к ней территорий.
Долго не задерживаясь, Любава вскочила с кровати и начала быстро одеваться. Она уже начала зашнуровывать кроссовки, как откуда ни возьмись перед ней выросла медсестра.
- Куда это ты собралась? - сурово завернула её обратно медсестра.
- Ишь, упорхнуть решила! У тебя между прочим сейчас по графику томограмма, а потом повестка в узи кабинет.
- Чего? - недопоняла Любава и у неё закружилась голова.
Она пошатнулась, но её гордо выровняла медсестра и уверенно направила вперёд.
- Вперёд шагом марш! - скомандовала она и вытолкала Любаву из палаты.
Как только она вышла наружу, она с ужасом вдохнула аромат агонии, бушующих криков и многогранной боли, стальными нитями разрезающих воздух.
Любава с ужасом прилипла к стенке больничного коридора, пропуская мимо своих глаз немощные, больные и усталые силуэты пациентов, таких же как и она, заключённых в этом душном лицедействе. Люди уныло ползли в пространстве, приглушая или, наоборот, остро ощущая боль своего существования. Они настолько устали от страданий, что стали почти прозрачными, боялись сделать лишнее движение, чтобы не разорвать свою душу. Чем не призраки!
- Ну, чего стала? - грубо удивилась медсестра: - Белая, будто призрака увидела! Мне ещё инфаркта здесь на моей смене не хватало!
Любава перевела на неё свой отрешённый взгляд, и медсестра чуть смягчила свой голос.
- Что же мне с тобой делать? Что же ты такая упрямая! Это, ведь, всего лишь томограмма. Там нет ничего страшного. Мне сложностей не надо. Сохрани своё сердце в целости и сохранности для кардиограммы, а там уже можешь делать со своими нервами всё, что хочешь. Ладно? Ну, пошли. Доведу тебя побыстрее, пока ты в обморок не грохнулась для разнообразия, - и она, взяв Любаву под руку, аккуратно повела её вперёд.
Любава уныло двинулась за ней. Вернее, других вариантов у неё всё равно просто не оставалось: медсестра так крепко вцепилась в её руку, что каждый шаг воспринимался как команда.
Она устало подняла глаза на зелёные выкрашенные стены. Наверное, так бы и выглядела вся её пешая прогулка коридорами, если бы не блуждающие пациенты. В такие мгновения на Любаву веяло жаром терзаний, страхов, тревог, самобичевания, бессилия и обречённости. Хотя последнее, наверное, уже находило отзыв в её собственном сознании.
Вдруг Люваба судорожно дёрнулась и резко согнулась, останавливая движение их сердечной миссии.
- Что? - побледнела теперь уже сама медсестра: - Что случилось?
На лице Любавы была тихая гримаса боли, которая словно бы перерезала все её черты лица.
- Нет-нет! Только не падай мне здесь, - перепугалась медсестра: - Совсем чуть-чуть осталось!
Из палаты напротив донёсся одинокий крик, болезненно въедающийся в сознания случайных пеших.
- Опять реанимация шалит! - чуть ли не выругалась медсестра и хмуро глянула в ту сторону: - Надо будет сказать, чтобы капельницу поменяли.
Сказав это, медсестра, не особо церемонясь, едва не на себе потащила Любаву в центр томографии. А за спиной остался далёкий уже вой... ветра.
Глава 12
Побег
- Ну, вот! Так всё и было! Затем я почувствовал толчок, и оказался здесь. Больше её мыслей я не слышал, - подытожил Дар, и внимательно посмотрел на Яркорада, в надежде, что тот поверит ему на слово.
А как же истина? Её он благополучно приукрасил, ведь речь шла не о простом полете в ночи, а о самом настоящем человеке из недостижимой никому Низины. Он сразу заметил, как у них загорелись глаза, при упоминании о ней. К тому же их мысли оставались закрытыми для него, что заставляло его быть осторожным вдвойне. Как же ему сейчас хотелось повидаться со стариком-ветром! Он единственный, кто мог здесь ему помочь.
Таинственные дружинники растеряно переглянулись между собой.
- То, что вы рассказали нам, достойно уважения. Не каждый решился бы открыть своё сердце посторонним. Но, всё же, ты и впрямь мечтатель, - по-доброму улыбнулся Яркорад.
- Пойми, - продолжил он: - я полностью верю в твои слова, но только мечтатель мог совершить подобный безрассудный поступок. За время существования нашего отряда, я повидал много необъяснимого и невозможного. Но только найти контакт с низиной не получалось до сих пор ни у кого из нас. Как у вас это вышло?
- Я же сказал вам, что сам этого понять не могу, - чуть взволнованно ответил Дар, и быстро глянул на брата.
