«Где данные, Элис?! Где они?!» – со страхом понимая, что, возможно, остаются последние доли секунды, закричала Рейчел…
В это мгновение взор девушки, отстранённо уставившийся в потолок, потускнел, свидетельствуя о наступившем, наконец, покое, вдали от мирских проблем – вдали от нестерпимой боли, вдали от пробирающего душу страха, неимоверной усталости, предательства, глупости и проклятой Богом работы в рядах британской разведки…
Распрямившись во весь рост и, слегка массируя левой рукой в районе сердца, Стивенсон свысока посмотрела девушку, тихо выругавшись – «Дура!».
Заседание, проводимое под председательством руководителя главного следственного управления в конференц-зале, посвящённое рассмотрению предварительных итогов расследования причин гибели главы агентства по управлению госимуществом, Матвея Захаровича Ярова, затягивалось и, принимая во внимание, повисшую в воздухе помещения нервозную обстановку, не предвещало ничего хорошего…
Сидевший во главе стола, коренастый мужчина средних лет в генеральских погонах, снял очки и, нервно вытерев платком со лба пот, глядя на, Пухова, продолжил – «Александр Владимирович, всё это всего лишь ничем неподтверждённые догадки – догадки и домыслы о причастности к инциденту пресловутых экзорцистов. Загадочных террористов, на которых мы готовы списать, как мне уже кажется, чуть ли не каждый свой промах. Если Вы, забыли, то я Вам напомню – в данный момент управление расследует громкое убийство высокопоставленного чиновника федерального уровня. И не просто чиновника, а руководителя, участвовавшего в целом ряде приватизационных сделок и аукционов, претензии к которому по вполне понятным причинам могли быть у достаточно широко круга лиц, не получивших в ходе проведённых аукционов желаемого и, в том числе, криминальных структур.
Завтра меня вызывают на доклад по ситуации в администрацию президента и что, по-Вашему, я им должен сказать? Что мы думаем, что это были экзорцисты, но фактов, подтверждающих это нет, и поэтому это может быть кто угодно, решивший воспользоваться их именем в собственных интересах для сведения счётов с Яровым – как это не так давно произошло с вновь назначенным директором порта во Владивостоке, Александром Александровичем Воротиловым и его замом? Дайте мне фактуру – твёрдую и понятную основу для доклада, а не просто набор Ваших соображений на тему…».
«Станислав Георгиевич, доклад доработаем… В смысле перепишем с добавлением необходимой аргументации и перечислением фактов…» – поспешно кивнул головой, Александр Владимирович, хорошо знавший крутой нрав своего руководителя, которому было лучше не перечить в гневе, после чего устало взглянул на стоявшую возле окна фигуру консультанта, решившего по сложившейся традиции дипломатично проигнорировать обсуждение печальной судьбы Матвея Захаровича…
Алик, сделав глоток порядком подстывшего кофе, не оборачиваясь, молча смотрел на заслонившие небо над городом свинцовые тучи, размышляя о чём-то отдалённом…
Руководитель управления, грозно посмотрел на присутствующих, после чего нервно взглянул на стоявшую у окна фигуру консультанта, о котором он слышал весьма разные и порой откровенно противоречивые слухи, но с которым ему лично ранее не приходилось иметь дело. Слегка кашлянув для привлечения внимания, но, не увидев абсолютно никакой ответной реакции, Миленин, чуть повысив голос, поинтересовался – «А что по поводу расследования данного дела думает наше экспертное сообщество?».
Молодой человек, стоявший у окна, даже не шелохнулся…
«Алик… Алик!» – тихо сквозь зубы прошептал сидевший рядом Виталий Семёнов.
Быстро обернувшись, Легасов, изрядно удивлённый, что подобный странный вопрос адресовали именно ему, пожал плечами, спокойно ответив – «Да кто их знает, этих экспертов то – опять напишут какую-нибудь ерунду, а нам же потом ещё и прессу успокаивать независимую…».
Велисарова, имевшая достаточно хорошее представление о манерах строптивого консультанта, чтобы понять всю глубину прозвучавшей иронии, тихо улыбнулась, толкнув в бок сидевшего рядом Сергея, едва сдерживавшего смех…
Лицо руководителя управления вытянулось от удивления, после чего, он, немного придя в себя, озадаченно переспросил – «В смысле, Алик, я имел в виду Ваше мнение по данному делу и Ваши предложения по содержанию завтрашнего доклада для администрации президента…».
«А Вы об этом…» – понимающе улыбнулся консультант, мягко продолжив – «В этом случае думаю, что нам стоит сделать акцент на то, что это, разумеется, была вовсе никакая не ликвидация чиновника номер один из списка экзорцистов, а всего лишь месть…».
«Алик, значит, Вы тоже всерьёз полагаете, что его могли убить не из-за нелегально нажитых капиталов, а из-за личной мести?» – резко оживившись, поинтересовался Миленин, получивший поддержку собственным сомнениям в отношении версии, озвученной генералом Пуховым.
«Разумеется…» – с улыбкой кивнул Легасов, быстро добавив – «Это была месть – кровавая вендетта, и в этом лично у меня нет никаких сомнений…».
