- Неудачно, - признался он, - Хотя объект пришел на место встречи, оказалось, что мы имеем дело с имитатором. Это была Франческа: она использовала образ Скрежетуна-Кенни и имитировала участие в похищении Сони, чтобы заманить Фальк в ловушку и использовать в своих экспериментах. За создание Гуро ответственна она же.
- И она?.. - уточнила директор.
- Мертва, - взгляд кардинала стал жестким, - В сложившейся ситуации я счел устранение единственно-допустимым выходом.
- Помнится, я не давала разрешения на отстрел, - заметила Нарьяна, - Разве вы не помните, что на последнем Совете ясно было сказано...
Ее прервал красноречивый жест Чезаре. Другой рукой тот не переставал обнимать Марию, положившую голову ему на плечо.
- Не сейчас. Что сделано, то сделано. Еще слово, и эти студенты услышат то, что ты сама же хотела от них скрыть.
Нарьяна выразительно посмотрела на потенциальных свидетелей.
- В любом случае, для поимки я не нужна, - сказала Соня, - Думаю, вы тут без меня сейчас справитесь.
Она двинулась к выходу, но вот Тадеуш предпочел задержаться.
- Надеюсь, запрещать отстрел Робина ты не станешь? - уточнил Чезаре, приняв молчание за знак согласия.
- Не стану. Робин - неучтенная переменная. Его необходимо вычеркнуть из уравнения. Его логово где-то в лабиринтах минус десятого этажа. Действуйте так, как считаете нужным.
Шпион внимательно посмотрел на нее и криво усмехнулся:
- Значит, карт-бланш?
- Карт-бланш.
- В таком случае, будем действовать решительно. С этого момента на нижних этажах объявлен карантин. Эйхт который день просит разрешения устроить зачистку Гуро. Самое то, чтобы перекрыть все выходы с этажа, а также на всякий случай выходы с лестниц на этажи выше, после чего прочесать территорию частым гребнем. Убьем двух зайцев одним выстрелом: уменьшим угрозу Гуро и поймаем Робина. Джейк может улизнуть, если ему хватит ума не возвращаться в подвал, но если что, его мы поймаем отдельно.
Прижимающаяся к нему Мария здорово отвлекала, лишая возможности эффективно планировать, но о том, чтобы попросить ее отодвинуться, он не допускал и мысли. Скорее напротив, он наплевал бы на все планы ради того, чтобы она оставалась рядом с ним подольше...
- Пан Финелла, скажите, а этот... Белый Робин... способен делать свое тело-носителя неуязвимым? - задумчиво спросил поляк, достав еще один листок бумаги.
- Сам по себе он делает неуязвимой только ту часть, которую прикрывает, - ответил Чезаре, - В данном случае левую руку. Но данный конкретный носитель может магически укреплять свое тело, и по донесениям профессора Смита, эта способность Робину передалась...
- Понятно... - что ему понятно, Тадеуш предпочел не уточнять, - Панове...
Он поклонился и вышел за дверь.
- Я, пожалуй, тоже потопаю, - сообщила Нарьяна, покидая свою комнату. Чезаре и Мария оставались одни.
Рассудком шпион понимал, что учитывая, что он и так потерял день форы, нужно заниматься организацией оцепления. Понимал он и что никуда она не денется. Но как и обычно, когда он находился рядом с Марией, рассудок был безжалостно лишен права голоса.
- О чем вы говорили, когда я пришел? - нарушил он, наконец, молчание.
- И это будет первый вопрос, который ты задашь мне, когда мы остались наедине? - спросила девушка, не отнимая головы от его плеча.
Чезаре улыбнулся:
- Ну, больше всего меня интересует, о чем таком ты в последнее время так неловко молчишь в конце каждой нашей встречи... Но я уже решил, что не собираюсь давить на тебя и добиваться ответа.
- Знаешь, я думала, что первый шаг сделаешь ты, - ответила девушка, - Мне... я не могу найти правильные слова... а неловкое молчание давит сильней, чем километры воды над головой.
- Правильные слова... - повторил Чезаре, - Знаешь, я уже давно не пытаюсь подбирать правильные слова в общении с тобой...
Глубокий вдох... И такие простые и банальные слова.
- Я люблю тебя, Мария. Вот так вот просто.
- И? - она повернула голову так, чтобы иметь возможность одновременно лежать у него на плече и смотреть ему в глаза. Мария улыбалась, - Что дальше?
- Дальше... - мужчина ухмыльнулся, - Дальше тебе полагается ответить либо 'Я тебя тоже люблю', либо 'Давай лучше останемся друзьями', либо 'Уйди от меня, извращенец проклятый'. Хотя не исключаю, что ты придумаешь четвертый вариант.
Мария рассмеялась. Смех этот был явно громче и веселее, чем заслуживала немудреная шутка, но все же Чезаре посмеялся вместе с ней. Реакция на его слова говорила сам за себя, но тем не менее, кардинал педантично спросил:
- Итак?
- Прости, - всё ещё хихикая, ответила девушка. Она прикрывала рот ладошкой, словно это могло удержать смех внутри. В уголках глаз блестели слёзы.
- Прости... я тоже тебя люблю, просто... я не так себе все это представляла.
