О себе скажу — воевал честно. После Победы остался в кадрах, пришлось во всяких делах поучаствовать — но после китайских приключений три года назад стал "невыездным". И сейчас числюсь в Службе Партийной Безопасности (она же в просторечии "инквизиция") — следим, чтоб процесс демократизации не перешел безопасные рамки и не превратился в майдан. Кстати слово это (в турецком, "рынок") здесь ассоциируется с киевским мятежом сорок четвертого года (отсутствующим В нашей истории), когда бандеровцы при попустительстве тамошнего Первого, Кириченко, устроили кровавую вакханалию, в расчете даже не на победу, а чтобы "кровавый сталинский режим" угробил при подавлении возможно больше народа, чтоб показать миру, ОУН еще не вмерла. Я был там — конечно, с теми, кто наводил порядок, "бандеровец — к стенке". А командовала нами Аня Лазарева, как чрезвычайный и полномочный представитель Москвы, имея в кармане грозную бумагу с подписью "И.Ст.". Ну а теперь загнали меня, бойцового волчару, в Академию — это тоже заведение интересное, по первоначальному замыслу, готовившее спецов по теме, "как ослабить и свалить чужую власть во вражеской стране — и соответственно, мешать врагу сделать то же у нас". Но затея быстро переросла изначальные границы — и похоже, Пономаренко всерьез рассматривает нас как "школу, где учат правильно управлять Советской страной", то есть как курсы подготовки высших кадров парт- и госаппарата. Хотя открыто это пока не озвучивается нигде.
А какой предмет в любом советском вузе (даже в столь специфичном) первый в списке? Правильно — марксистско-ленинская философия, научный коммунизм, история Партии — названия разные, суть одна. Может, оно и верно — зачем нам отличник, но "не наш", в девяностые проходили. Так что изучаем "Краткий курс", написанный, вы знаете кем. Кто сейчас в Кремле сидит, живее всех живых — и я надеюсь, проживет еще долго. Поскольку, хоть и немного я его вблизи видел, а тем более лично общался — но мое мнение, что товарищ Сталин человек вполне адекватный. Даже В нашей истории, ну не мог бездарь "принять страну в разрухе и с сохой, оставить сверхдержавой с атомной бомбой". Ну а когда он еще и о будущем узнал — вот был бы я сентиментальным, то пожалел бы капиталистов!
В бытность мою в Китае слышал я, как там "экзамен на чин" проходил — не было там дворянства в нашем понимании. Сдай экзамен, и в чиновники — низшая степень, в уезд, средняя, в губернию, высшая, в столичный аппарат. И заключался экзамен в том, что надо было взять какую-то цитату из Конфуция (или иной столь же уважаемой книги) и творчески развить применительно к какому-то предмету. Сейчас наблюдаю, как Костя Мазур отвечает:
— Учение ленинизма истинно, потому что верно отражает законы исторического развития. Если я живу по правилам коммунизма — значит, каждым своим шагом способствую историческому прогрессу, делаю мир лучше, приближаю его к высшей цели. Которая будет достигнута, даже если я этого не увижу. И даже если я погибну, то умру не напрасно.
С пафосом отвечает — ну а как иначе? Однако искренне верит в то, что говорит. И ведь не пацан зеленый, тридцатник уже стукнуло, и в нашей команде с сорок второго, как через Неву плыли резать немцев на ГРЭС-1. Да ведь и я вспоминаю, как мне в той, уже бесконечно далекой жизни, батя рассказывал — что когда он студентом был, тоже года пятидесятые или шестидесятые уже, то искренне жалел американцев и прочих из капстран — "они без цели живут, только чтоб существовать". Сейчас увидел я — что не врал, есть в этом времени такое, и в массе.
Ну, сдал и я, ответить нетрудно, был бы язык подвешен. А в перерыве ко мне Тамара Корнеева подошла — было тут дело совсем недавно, и в завершение я ее на руках до санитарной машины нес[9]. Думал я, после разойдемся мы, как в море корабли — ну, помог я тебе, как боевому товарищу, и только. Марию забыть не могу, с которой мы месяц всего и были женаты — и лишь могилка осталась в городе Львове. Да и не в моем ты вкусе, вот не нравятся мне брюнетки. Что, опять по делу и с советом — ну что там сегодня у тебя?
— Валентин Георгиевич, вы так хорошо говорили! А я вот спросить хотела, что посоветуете…
И кем только мне здесь (по документам) побыть не пришлось — и Куницыным, и Кунцевичем, и Валентином, и Василием, и Владиславом, и Степановичем, и Сергеевичем, теперь вот Георгиевич. Завидую Юрке Смоленцеву — который, в некотором роде, сейчас публичная фигура, а оттого устоявшуюся биографию-"легенду" имеет. Ну а некто "Куницын" до сих пор в розыске Международного Уголовного суда, "за военные преступления", что в Китае, на некоей базе ВВС США имели место. Зато три новейших бомбардировщика В-47 на советскую территорию перегнали — один и сейчас в Монино стоит. Ну а все прочее — нехай клевещут! Но свое мнение оставлю при себе, поскольку подписку давал. Так что ты мне сказать хочешь?
— В воскресенье мы с девчонками играли в "ответы", ну это когда по кругу зажженную спичку передают, и у кого она погаснет, тот должен на вопрос правду ответить.
