— Подтверждено и теорией и практикой науки мира Рассвета, — кивнула Лазарева. — Такова психологическая связь, которая формируется у ребенка с родителями. Хотя что касается коллективного обучения, то в то же время известна, например, практика Мещерякова в СССР 70-х — успешные случаи обучения и социализации слепоглухих детей именно не родными, а профессиональными воспитателями по специальным методикам — но это как раз тот случай, когда у детей изначально не формировалась нормальная связь с родителями, в силу их инвалидности, нечего было разрывать, а следовало формировать ее с нуля совершенно другими методами, чем привычны неподготовленным родителям. В этих случаях больше ничего и помочь не могло. А нормальных детей разлучать с матерями в год — это серьезная травма.
— Вот этого я не знал. В современную нам с вами эпоху такие детали пока неизвестны, — вздохнул Ефремов. Нежелание расставаться с идеей, которая уже успела прийтись ему по душе, боролось в его душе со стремлением к научной точности. "Научная" сторона победила. — Что ж, отстали мы на полвека, выходит. Это, конечно, все осложнит, но… думаю, тогда действительно стоит отложить расставание с матерями еще на два-три года, как минимум. Впрочем, я еще подумаю над тем, как провести эти изменения, не повредив основному замыслу.
— И все-таки, Иван Антонович, в "Туманности" материнский инстинкт описывается, как что-то безусловно плохое, — недовольно ответила Лазарева. — Там сказано, что победа над ним — великая победа человечества.
— Вообще-то полностью фраза звучала так: "Одна из величайших задач человечества — это победа над слепым материнским инстинктом", — поправил Ефремов. — Слепым! То есть, именно тем, который и заставляет матерей действовать подчас во вред своим детям. Материнский инстинкт у женщин будущего не исчез полностью — они любят своих детей, но любят уже разумно. Для тех же, кто не в силах его преодолеть — и существует Остров Матерей, где родители сами воспитывают своих детей. И нет, если вы подумали о том, что эти дети потом подвергаются дискриминации на остальной Земле, то вы ошибаетесь. К примеру, один из главных героев книги — Эрг Ноор — родился на звездолете во время экспедиции и был воспитан именно своими родителями — однако это ему не помешало по возвращении присоединиться к земному обществу. Можете осуждать меня, товарищи, но я считаю, что некоторое ослабление материнского инстинкта для человека коммунистического будущего необходимо. В свое время этот древний инстинкт очень хорошо послужил человечеству… точнее, правильно будет сказать, что продолжает служить и сейчас, пока общество далеко не идеально. Но в будущем он станет помехой. Как и многие другие древние присущие человеку инстинкты. Помните эти рассуждения Дара Ветра:
"Да, самая великая борьба человека — это борьба с эгоизмом! Не сентиментальными правилами и красивой, но беспомощной моралью, а диалектическим пониманием, что эгоизм — это не порождение каких-то сил зла, а естественный инстинкт первобытного человека, игравший очень большую роль в дикой жизни и направленный к самосохранению. Вот почему у ярких, сильных индивидуальностей нередко силён и эгоизм и его труднее победить. Но такая победа — необходимость, пожалуй, важнейшая в современном обществе. Поэтому так много сил и времени уделяется воспитанию, так тщательно изучается структура наследственности каждого."
— Эгоизм — естественный инстинкт?! — недовольно отозвался Пономаренко. — Ну знаете, товарищ Ефремов, так можно договориться и до того, что инстинкт собственности тоже изначально человеку присущ — и по этой логике, социализм невозможен? И что тогда, да здравствует капитализм, верхушка развития человечества, так тогда получается?
— Ну, товарищ Пономаренко, это же уже просто демагогия, — почему-то повеселел Ефремов. — "Договориться" можно до чего угодно, но этого я как раз не говорил — это первое. А второе — я говорил как раз о том, что для построения настоящего коммунистического общества, изображенного в "Туманности Андромеды", инстинкт эгоизма как раз необходимо победить — и я считаю, что это возможно, путем воспитания. Конечно, куда легче было бы бороться за построение коммунизма, если бы эгоизм был не естественным инстинктом, а чем-то совершенно чуждым человеку — но, увы, стоит воспринимать человека таким, какой он есть — этот инстинкт присутствует в каждом из нас… как бы не неприятно было в этом признаваться…
Что же касается "инстинкта собственности" — то его как раз нет. Возможно, вы под ним понимаете именно эгоистический инстинкт?..
