Девушка выхватывает нунчаки из-за спины Кима, охватывает шею директора цепью и затягивает ее.
— Что со мной сделали для того, чтобы я стала аутистом? Говорите!
Собравшиеся вокруг дети смотрят на них с интересом. Ким удерживает руки Кассандры:
— Перестань, Царевна, ты его задушишь! Если хочешь, чтобы он заговорил, надо хотя бы дать ему такую возможность.
Филипп Пападакис пытается отдышаться. Он кашляет, набирает в легкие воздуха, медленно поднимает голову и произносит:
— Вы слишком грубы.
— Говорите — или я вас действительно задушу!
— Ваш брат… Только он знает секретную технику, которую применили к вам ваши родители. Когда я забрал вас после теракта, вы уже были такой, как сейчас, — ваше левое полушарие уже держало вас в плену галлюцинаций, освободив от всякого благоразумия. Поэтому, рассказав об имени и о родителях, с вашим третьим вопросом насчет тайны я отсылаю вас к брату Даниэлю.
— Где я могу его найти? Какой у него адрес?
— Я не знаю.
Кассандра снова берется за нунчаки.
— Мне известно лишь то, что после случая на башне Монпарнас он начал работать в Министерстве Перспективного Прогнозирования.
Дети постепенно окружают их. Ким с удивлением замечает, что они все смотрят на них сосредоточенными, острыми, почти немигающими глазами. Он редко встречал с чьей-либо стороны столь пристальное внимание. Все происходящее, кажется, очень их интересует, они впитывают максимум информации, не упуская ни малейшей детали.
Улица Сен-Доминик.
Все министерства имеют охрану и привратников, а у Министерства Перспективного Прогнозирования есть лишь стеклянная дверь, ведущая в пустынный холл. Нет ни мраморной таблички с названием, ни официальной медной дощечки. К стеклу двумя полосками скотча приклеен листок бумаги с подчеркнутой надписью: «Министерство Перспективного Прогнозирования».
Под ним — другой листок: «О графике работы осведомляйтесь у ответственных лиц в часы их присутствия».
Молодые люди проскальзывают внутрь. Они замечают камеры слежения и, прижимаясь к стенам, стараются не попадать в объективы.
На втором этаже находится зал, из которого доносится шум. Глядя по очереди в большую замочную скважину, они видят примерно двадцать строго одетых юношей и девушек, окруживших человека, который рисует на доске кривую линию.
— Можно ждать увеличения количества взрослых людей и возрастания их роли в экономике в следующем десятилетии. Кульминационной точки процесс достигнет в две тысячи тридцать шестом году. Этот год, скорее всего, обозначит общее старение французской нации…
Ким вежливо отстраняется, пропуская Кассандру к замочной скважине, и довольствуется тем, что прижимает ухо к деревянной двери.
— …создание действительно эффективного искусственного человеческого сердца продлит жизнь тех пожилых людей, которые уже должны бы были умереть. Что спровоцирует кризис в Службе социальной поддержки. Поэтому я предлагаю заморозить этот проект. Некоторые открытия в области медицины увеличивают продолжительность человеческой жизни, протекающей чаще всего в физических мучениях и по естественным причинам уже готовой прекратиться. Конечно, мне могут возразить, что пожилые люди голосуют на выборах и являются потребителями. Но я отвечу, что голосуют они всегда за самого консервативного кандидата, а потребляют мало. Поэтому я предлагаю, в целях оздоровления и активизации общества, план из трех пунктов…
— Видимо, перед нами те, кто официально обязан предвидеть будущее нашей страны. Скорее всего, выпускники ENA[20], — шепчет Ким.
— Как ты догадался?
— Они всегда составляют планы из трех пунктов. Ты брата среди них можешь узнать?
