Дверь хлопнула второй раз.
– Уехал, – доложил Вереш. – Ласти, что теперь?
– Скажу господину, что его поручение выполнено.
– И?
Ластара поглядела рассеянным взглядом. Действительно, что – и? Все…
– Знаешь, Вешик, мне будет этого не хватать. Этого дома, этой улицы, наших с тобой проделок…
– На что ты рассчитываешь? – не сдержался Вереш. – Что он на тебе женится?
Взгляд черных глаз заледенел.
– У тебя есть сомнения?
– Нет у меня сомнений, – огрызнулся Вереш. – Знаешь, что с тобой сделают? Да пришибут в темном углу, идиотка!
И уже договаривая эти слова, он понимал – ошибка, ошибка… Ласти никогда не простит и не поймет, и…
– Спасибо, что обо мне заботишься… Вешик.
Голос Ластары был ледяным. И глаза, и выражение лица. Как-то сразу стало ясно, что нет – не достучаться. Не докричаться, не услышат просто. Стена. Вереш провел руками по лицу. Потом подошел к окну и решительно раздвинул шторы. В комнату хлынул неяркий вечерний свет.
– Пиши.
– Что?
– Все пиши, дура. Где вы познакомились, как начали спать вместе, как он тебя втянул в заговор…
Такого Ластара не ожидала. Растерялась, даже головой помотала. И треснул ледяной барьер, отделивший ее от друга. Мысленно она уже была там, в особняке аристократа, хозяйкой… и вдруг – такая неожиданность? Но зачем?
– Ты с ума сошел? Что за бред?
Вереш Трипс рассмеялся неприятным хрипловатым смехом.
– Я? Ласти, ты ловишь луну в луже, но ты потонешь! Пойми, ты – опасный свидетель. А женятся такие только на своих, на аристократках.
– Я ничем не хуже.
– У них есть то, чего никогда не будет у тебя. Деньги. Титул. Земли. Связи. Власть… еще добавить?
Ластара скривила губы. Все же Вереш знал ее с детства, и знал, за какие ниточки потянуть.
– Вешик, ты специально?
Трипс покачал головой.
– Нет, Ласти. И я тебе здоровьем матери клянусь – если ты выйдешь за этого ублюдка замуж, я верну тебе листки.
Ластара прищурилась. Такими словами Вешик не бросался.
– Если?
– А если нет, я хотя бы смогу отомстить за тебя. Пиши, Ласти. Пиши…
– А если я…
Вереш смотрел решительно.
– А если ты меня не послушаешь – я тебе нос сломаю. Как ты думаешь, любовник оценит?
Угроза была нешуточной. Вереш мог так и поступить, а как она покажется любимому в таком виде? Да и потом…
Нельзя сказать, что он убедил Ластару, влюбленная женщина вообще не поддается доводам рассудка. Но что-то дошло и до затуманенного блестящими перспективами мозга. И Ластара послушно взяла перо и пергамент.
Вереш выдохнул.
Ну, хоть так.
Он постарается вытащить Ласти из любой тюрьмы, он все для нее сделает, но если у него в руках будет хоть какой-то рычаг воздействия, ему будет намного легче жить.
Исписанный лист отправился в конверт. Туда же полетели два кольца – принца и возлюбленного, и Ластара с улыбкой вручила его Верешу.
– И только попробуй открыть раньше времени. Или не вернуть.
– Ох, Ласти. Хоть бы все обошлось.
Женщина смягчилась. Ясно же, любовник за нее переживает. Друг, любовник, только вот не любимый, увы. Ни разу не любимый.
– Все будет хорошо, Вешик. Обещаю тебе. Все со мной будет хорошо.
И вдруг передернулась, словно кто-то внезапно толкнул ее. Такой неприятный сквознячок пробежал по коже… брррр.
– Что, Ласти?
– Да ничего. Сквозняк, наверное…
Что можно подарить женщине, у которой есть все?
Цветы, меха и ювелирку не предлагать, у вас бюджет не резиновый. Но что тогда-то? Матильда и Малена думали над этим целый день, а потом нашли «Соломоново» решение. Они попросили Давида – нет, не о помощи. Они попросили Давида показать им, где будет проходить вечеринка. Просила, разумеется, Малена. Давид легко повелся на это и вывел на комп фотографии с прошлого дня рождения матери. Девушки поглядели и поняли, что у них серьезные проблемы.
Даже не так.
Серьезные Проблемы.
Можно сколько угодно кричать о своей прекрасной душе и благородном происхождении, но знаете, заплатки на штанах – они уважению не способствуют. Вот ни разу. У Матильды просто не было ничего подходящего. И смейтесь, сколько хотите, но даже Золушка явилась на бал лишь после апгрейда от феи-крестной. А до той поры сидела в кустиках и не рыпалась. Понимала, что ее там же и закопают – под окнами дворца. Да, встречают по одежке…
Ладно. Ногти сами сделаем, кожа пока в килограммах косметики не нуждается, волосы можно попросить уложить Наташу – соседку из второго подъезда, она не откажет, и сделает не хуже, чем в элитной парикмахерской. Просто ее в салоны не берут. В ней веса больше центнера, а еще она курит, матерится и стрижется под мужика. При этом упорно нося балахоны «на слона». Ну нравится человеку так! Правда, это решительно не нравится ее начальству, но руки у нее и правда золотые!
Одежда и обувь. Ладно, комиссионки нас и в этом случае выручат.
Но – подарок. Остается самое главное, и тут уж ничего не поделаешь, дарить на день рождения горшок без меда, подражая Винни-Пуху, это как-то не комильфо.
А что тогда подарить?
Матильда и Малена в отсутствие Давида раз двадцать проглядели все фотографии, разыскивая среди деталей того самого дьявола. Ну должен же он где-то быть! Обязан!
