Да, здравствуйте. И – все. Я не проявляю любопытства, я жду, пока вы сообщите мне о цели своего визита. Я тут на законных правах и не питаю дурных намерений.
Точка.
Грузинка словно на стену налетела. Но – не сдалась.
Оглядела с ног до головы девушку, но не нашла к чему придраться. Простое платье из светло-зеленого хлопка было надето не для соблазнения, ворот под горло, рукава чуть повыше локтя, подол пониже колен. Чуть приталенное, но вовсе не обтягивающее, просто удобное платье. Светлые волосы стянуты в хвост, чтобы не лезли в глаза, босые ноги – про тапочки Давид просто забыл.
– Ну, день добрый. Будем знакомы, я – София Асатиани.
– Рада знакомству, София Рустамовна. Мое имя, – и едва не сказала Мария-Элена Домбрийская, – Малена. Теперь я вижу, от кого Давид унаследовал свое обаяние.
– Малена? – недовольно переспросила женщина, не собираясь поддаваться на комплименты.
– Малена Германовна, к вашим услугам, – охотно подтвердила Мария-Элена.
– Что-то Давид мне о тебе ничего не говорил, – нахмурилась женщина.
И стопроцентно соврала. Герцогесса это почувствовала, но спорить не стала. А вместо этого развела руками.
– Почему-то мужчины очень не любят рассказывать о своих благородных поступках.
– Благородных?
София была искренне удивлена. Она привыкла к другой реакции на свое появление, на свои слова, но вот, стоит ведь девушка, и улыбается, и руками не суетится, и услужливости не проявляет… просто стоит потому, что стоит старшая по возрасту.
Давид рассказывал о своей новой подруге, и, казалось бы, все закономерно. Завел девушку, поселил у себя, девушка из бедной семьи, значит, должна вцепиться в Давидика всеми лапами.
Как это сделать?
Да расстелиться ковриком перед его родными и перед ним самим. И почему тут ничего подобного не наблюдается?
Когнитивный диссонанс. Иначе и не скажешь, хоть и язык сломаешь о дурацкое определение Леона Фестингера.[13] Нет бы попроще – противоречивость ситуации!
А что там за благородный поступок?
София присела в удобное кресло, бросив взгляд на ноутбук. Интересно, что там такое?
Квартиры, комнаты… опять – нестыковка. Ладно бы – «Космополитен». Двести пять советов по привлечению и удержанию мужчины, тысяча и один способ секса, на худой конец – как избавиться от морщин. Но квартиры?
Этот вопрос мы еще разъясним.
– Присаживайся, Малена. И какой же благородный поступок совершил мой сын?
Мария-Элена опустилась в соседнее кресло. Так же спокойно. Спина прямая, осанка безупречна, руки на коленях, как приучили в монастыре.
Ах, как же много потеряли женщины, забыв об осанке. И идут, сутулятся, словно им на плечи ноша давит, к земле пригибает… а ты расправь плечи? Вдруг тогда и отношение к тебе поменяется?
– Он спас меня от хулиганов.
– Вот как?
Малена улыбнулась и промолчала. Софию это не удовлетворило, и дама пошла в атаку.
– И откуда же взялись хулиганы?
– К сожалению, я живу не в самом лучшем районе нашего города. Иногда случаются коллизии.
Следующие полтора часа прошли под знаком ужа на сковородке.
Нет такого в астрологии? А в жизни – есть.
Матильда искренне восхищалась своей сестренкой. Малена была спокойна, словно удав, безразлична и любезна. Она вежливо отвечала на вопросы, подчеркивая, что Давид очень помог ей, но ни разу не проговорилась о происхождении хулиганов или о причине их визита.
Вежливо обошла вопрос: какие отношения связывают их с Давидом, заверила, что только дружеские, и вообще, к господину Асатиани она питает самое искреннее расположение, озвучила общепринятую версию о своей семье – мать бросила, отец уехал, бабушка умерла.
Да, и так бывает, что кошка – единственная родная душа.
А иногда бывает и так, что лучше хорошая кошка, чем плохая родня.
Матильда давно бы вспылила, разоралась, нахамила… да что угодно! Лишь бы не терпеть эту пытку. Малена «держала лицо».
Мило улыбалась, не повышала голос, ни на минуту не расслаблялась…
Умеете ли вы готовить? Да, но не блюда грузинской кухни.
Что вы думаете о семье? Это сложная и длительная тема. Могу только сказать, что Давиду с семьей повезло. Мне не повезло, ну что ж поделаешь. Идеала в жизни не доищешься.
София Асатиани утомилась первой. Предложила выпить чая, посмотрела на то, как девушка разливала его по чашкам, как держит себя за столом…
– Давид уже пригласил тебя на мой день рождения?
– Нет, София Рустамовна.
– Тогда я приглашаю. Приходи, хоть вместе с ним, хоть самостоятельно. Вот…
На визитке было написано несколько слов бисерным почерком, и золотая коробочка отправилась в бешено дорогую сумку.
– Сколько ты собираешься прожить у Давида?
Малена развела руками.
Я и рада бы домой, да не пускают. Но вслух такого не скажешь…
– Надеюсь, что вскоре смогу съехать к себе домой. Мы с кошкой привыкли к самостоятельности.
