— А почему нет? В этом мире человеческий род, видимо, не развился. Таких неисследованных и неуправляемых нами миров много. Так что же странного, если здесь другие формы жизни развили разум и управляют природой? Черепахи живут долго. У здешних необычно крупные головы. Возможно, что и мозг у них мощнее, чем у черепах, обитающих в мирах, заселенных людьми. Они очень стары, как вид. Ведь они жили еще до того, как первые млекопитающие появились на Земле. Блейк, это удивительное открытие, оно может стать великим!
Да, если у пае будет шанс сообщить о нем, — подумал Блейк. Что-то неуловимо изменилось в ее лице. Заметив это, он понял, что она тоже об этом подумала.
— Вы сказали, что черепахи сочли нас врагами?
— Возможно, челнок по своей форме показался им гигантской черепахой, и они взяли его в плен, — предположила Мэрфи.
— А эти? — Блейк поднял спящую ящерицу. Кожа ее была не холодная, как обычно у рептилий, а теплая и бархатистая.
Обладающие замедленными движениями должны иметь помощников с быстрой реакцией. Может, это прирученные любимцы, может, слуги или соратники. Что вы с ней сделаете?
— Осмотрю и выпущу к друзьям. Что же еще?
Блейк осторожно уложил ящерицу на выдвинутую полку и навел объектив. Сведения будут не такими полными, какие получили бы в лаборатории, но достаточными, чтобы дать ученым представление об обитателях этого, до сих пор неизвестного, мира.
Закончив, Блейк вынес неподвижную ящерицу и положил на кучу спящих черепах, заодно осмотрев их. Ни одна не шевелилась. Блейк надеялся, что они проспят еще некоторое время.
Вернувшись, он увидел, что Мэрфи открывает пакеты с рационом. Блейк снова закрыл половину из них.
— Простите… — начал он, но она быстро кивнула.
— Я знаю, мы должны быть осмотрительны. Я, наверное, и в самом деле глупа, как утверждает Котор. А пить? — Она взяла сосуд с саморазогревающимся стимулирующим питьем и с молчаливого разрешения Блейка сделала несколько глотков. — Я размышляла. — Теперь она откусывала неаппетитное, но очень питательное печенье.
— Насчет черепах? — подбодрил он, поскольку она замолчала. Про себя он удивлялся ее стойкости. Патрульный почти ничего не знал о женщинах ее класса на Бруме, но те, с которыми приходилось сталкиваться по работе, всегда казались ему утопающими в роскоши, привыкшими к заботе мужей. После атомных бедствий, почти полностью уничтоживших население Брума, мужчин в этом мире всегда было больше, чем женщин. Выжили, в основном, военные в своих укреплениях, небольшие смешанные группы, спасавшиеся под землей, или те, кто успел удалиться в дальние районы Земли.
Радиация вызвала рост мутаций, но они почти не наследовались следующими поколениями. Многие вымерли. Но те, что остались, стали развивать пси-способности. Народ Брума пошел другими путями исследований как умственных, так и физических сил. Когда стали возможными путешествия во времени, этими поездками заинтересовались прежде всего из-за нужды в женщинах. Мужчины Брума начали привозить себе жен с других уровней. Затем это стало считаться преступлением, которое наказывалось полным стиранием разума.
Женщинами очень дорожили на Бруме. Лишь немногие из них путешествовали по перекрестку времени в безопасные миры во время отдыха с семьями или как члены исследовательских групп, вроде тех, что были на Проекте. Но Блейк не знал ни одного случая, чтобы женщина посещала необитаемые миры в качестве патрульного или торговца, и поэтому удивлялся, что Мэрфи так быстро приспособилась к их теперешнему затруднительному положению.
— Я размышляла, — начала она снова, — о Марве. Каким образом она ушла от меня? На незаконном челноке? Как они с Карлгсоном нашли его? Среди наших скал его можно надежно укрыть.
— Коптер тоже исчез, — задумчиво сказал Блейк.
— Может, это только видимость? — перебила она. — Пассажиров похитили, а коптер спустили в реку или еще куда-нибудь. И, — неохотно добавила она, — Марву могли увлечь приключения.
— Что вы имеете в виду?
— Вы счастливец, Блейк Валкер. — Она смотрела на него, и ее глаза цвета океана родного мира Блейка сверкали. — Для вас нет закрытых дверей. Вас не заставят слушать описание чудес перекрестка времени, чтобы затем запретить вам увидеть их своими глазами. Всю жизнь я слушала записи, смотрела фильмы о параллельных мирах, слышала рассказы таких людей, как Кам Валт и мой отец. Но позволить мне видеть все это самой? Нет! Нет!
— Зато вы делаете это сейчас, — сухо сказал Блейк, — и в таких обстоятельствах, от которых все, кроме патрульного, обычно защищены.
— Да, я знаю все, что заставляло составлять правила. Все это годами вбивалось мне в голову! Но предположите, что я не хочу быть сидящей дома дочерью семьи Сотни. Предположите, что я до боли хочу ходить по перекрестку времени. Так оно и есть. То же самое с Марвой. Она любит правила и распорядок еще меньше, чем я. Сколько раз я удерживала ее от дерзкого желания нарушить эти правила. И вот, допустим, когда меня не было рядом, ей представился случай нарушить их!
