— Почему дыхание весны не растет в нашем саду? Сколько раз мы пытались его вырастить, ухаживали за ним, холили, но все равно этот цветок всегда погибал. Тайна, которую не разрешат и Наакали. А сейчас, — она дотронулась до руки Че, — с меня причитаются подарки по случаю вашего возвращения. Самое время их выбрать.
— Нас все еще приветствуют? — засмеялся Че. — Ну что ж, воспользуемся этим. Куда пойдем?
— К Крафити, я думаю.
Они прошли переулок, где продавались цветы, и вышли на улицу, вдоль которой тянулись открытые лавки. Солнце играло на товарах, разложенных на подносах. Рей никогда не видел такой выставки драгоценностей. И теперь в изумлении глазел по сторонам, чуть было не отстав от своих спутников. Некоторым камням оправой служил незнакомый ему красный металл, и он спросил Че, что это такое.
— Орихалк. Он состоит из золота, меди и серебра, но в какой пропорции — это секрет кузнецов.
Один из торговцев встал приветствовать леди Эйе.
— Истинно Пламя милостиво сегодня ко мне, если Солнцерожденная леди и ее лорд пожелали посетить мою бедную лавчонку.
— Да, Крафити, если ты хочешь показать шедевры, то лучше не испытывай наше терпение. Я слышала о некоем головном украшении…
— Пусть Солнцерожденная соблаговолит сесть, и ей принесут для осмотра все, что она пожелает. Ахейм, — обратился он к помощнику, — принеси корону ста десяти.
— Сейчас мы увидим настоящую красоту, — наклонился Че к Рею. — Крафити — большой мастер, и его люди привозят ему лучшие камни со всех концов света.
Появился помощник с подносом из эбенового дерева. На его черной поверхности стоял бюст женщины в натуральную величину тоже из черного дерева, и на ее голове сияла корона. Сетка из розового жемчуга предназначалась для зачесанных назад волос, а на лбу поднималась девятиголовая змея из таких же жемчужин, и Рей заметил, что некоторые из них были величиной с ноготь его большого пальца. Леди Эйе коснулась змеиной головки и сказала:
— Ты умеешь искушать. Теперь, когда я увидела это, я не успокоюсь, пока корона не будет моей.
— Конечно. Разве я, делая это, не думал о Солнцерожденной? Я еще никому не предлагал эту вещь. Если бы ты не пожелала ее, я бы ее разобрал и использовал бы жемчуг по-другому.
— Она моя. Вели принести ее в мой двор. А сейчас покажи мне браслеты, потому что я должна сделать подарки по случаю возвращения воинов, служивших в далеких местах. — Она улыбнулась Рею. — Такой у нас обычай — дарить небольшие драгоценности тем, кто вернулся из трудных путешествий. Выбери один из этих браслетов и носи его на счастье.
Рей в замешательстве посмотрел на кучу браслетов с драгоценными камнями.
— Выбери сама, это же твой подарок.
Она снова улыбнулась, и он понял, что она довольна.
— Тогда этот, — леди Эйе указала на браслет, вырезанный из черного янтаря в форме девятиглавой змеи с бриллиантовыми глазами. — Змеи для мудрости, в которой нуждаются все люди. А этот браслет отличается от всех.
— Кроме этого, — ответил Крафити, держа в руках браслет из молочно-белого нефрита, сделанного по тому же рисунку, — только змеи были с рубиновыми глазами.
— Тогда этот для тебя, Че, если он тебе нравится!
— Как прекрасно он сделан! — восхитился Че.
— На внутренней стороне напиши имена, — приказала торговцу леди Эйе. — На черном — «Рей», на белом — «Че», и пришли их вместе с короной.
— Будет сделано, Солнцерожденная.
Рей посмотрел на лежащие рядом браслеты, черный и белый, оба по контрасту казались ярче. Змей, как видно, здесь почитают, подумал он, и не испытывают против них предубеждения как люди его времени.
Браслет был прекрасен, настоящее произведение искусства, и, к тому же, подарок друзей. Но почему-то… Он и сам не знал почему, ему хотелось оставить браслет здесь, в этой лавке — пусть его носит кто-нибудь другой. Словно эта черная полоска предвещала что-то зловещее. Он быстро вскочил, осознав, что его ждут, и леди Эйе внимательно наблюдала за ним.
— В чем дело? — спросила она чуть-чуть резко.
— Ничего. Контраст черного и белого еще больше привлекает глаз.
Она взглянула на браслеты.
— Да, ты прав. И это все?
— Все, — твердо ответил он. Он не хотел больше думать о предчувствиях — в этом мире они возникают слишком уж легко.
Хотя жизнь в доме леди Эйе была роскошной, она отнюдь не была праздной. Задачей Рея было учить мурийскую грамоту, чтобы читать книги-свитки. И это было нелегким делом. Но постепенно Рей начал замечать, что некоторые стороны мурийской жизни не так открыты ему, как эти свитки, в которые он каждый день погружался.
Леди Эйе надолго исчезала из дома — ее призывали храмовые обязанности. Храм был единственным большим зданием в городе, куда Рея не приглашали. Рей считал, что храм — сердце страны. Почему же ему его не показали?
«Может, это непреднамеренно?» — раздумывал он однажды утром, глядя в окно на зелень деревьев. Но вскоре услышал разговор Че с матерью, из которого понял, что Че собирается в храм на особую церемонию, посвященную погибшим в море.
