– Попробуй, о прекрасная. Если я понял правильно, то именно в этом ты и нуждаешься сейчас.
Он протягивал полную до краёв чашку – крепкий кофе, две ложки шоколада, щедрая порция коньяка.
Летиция потерянно моргнула: случалось уже, что её читали как открытую книгу, но как книгу рецептов – ещё никогда.
– Спасибо… Вкусно, правда, – поблагодарила она от души.
Инстинкт самосохранения требовал не расслабляться и срочно искать способ избавиться от подозрительного пришельца с замашками луддита, но чуткое сердце – или, что вероятнее, коньяк на голодный желудок – робко просило довериться. И, пока они боролись между собою, на несколько минут воцарились мир и покой. Сквозь полузакрытые жалюзи просачивалось по-летнему яркое солнце. Белый бродил по кухне, постукивая тросточкой то по холодильнику, то по микроволновке – явно подыскивал следующую жертву. Но выглядело это умилительно, почти по-домашнему…
– Вот так самый обычный день может превратиться в точку отсчёта для новой жизни, – пробормотала Летиция.
И – замерла, прокручивая в голове только что изречённую фразу.
Вдохновение легкокрылой феей пощекотало затылок – и тут же безжалостно воткнуло волшебную палочку в спину. Руки сами потянулись к дежурному блокноту на столе и к перьевой ручке. За первое предложение зацепилось второе, потом третье, потом выскочила из тёмных глубин подсознания рискованная шутка про невесту – пауза, воображаемые гости посмеялись, захлопали…
– Что ты делаешь? – Белый Лис заинтересованно склонился, заглядывая ей через плечо.
– Работа, – едва ли не прорычала Летиция, чувствуя, что ещё немного – и укусит его за несвоевременное вмешательство. – Речь на свадьбу… «И хотя не принято, чтобы мужчины говорили о сердце»… Нет, «и хотя нормальные парни про сердце не говорят»… Так, они в одной уличной банде гоняли… «Пацаны»?
– О, достойный юноша состоял в разбойном братстве вместе с женихом? Тогда можно добавить сентиментальности.
Летиция обернулась в священной ярости:
– Белый. Заткнись.
Самое удивительное, что он послушался. Сел напротив, сцепив пальцы в замок, умилённо промурлыкал что-то насчёт беспечности, страсти и молодости, а потом застыл, наблюдая. По кухне метались неясные тени, до ужаса напоминающие пушистые хвосты, орала внизу на улице автомобильная сигнализация. Через какое-то время в дверь позвонили. Летиция бросила взгляд искоса на мобильник – на экране мигал значок оповещения о доставке – и буркнула невнятно: «Сходи, открой, забери – оплачено».
Послышался смешок, когтистая рука растрепала ей кудри, ветер поддел лист блокнота.
– «… пусть чувства не угасают. Счастья, любви, света – как в этот день. За вас – Эрик, Люси!». Уф, – откинулась Летиция на спинку стула, переводя дыхание. Свадебная речь свидетеля, свеженькая, с пылу с жару, красовалась перед ней – оставалось внести пару-тройку поправок и переписать набело. Шея затекла, запястье побаливало от напряжения. – Слушай, я прошу прощения, но это всегда накатывает внезапно, и важно ухватить вдохновение за хвост. Я и без вдохновения нормально пишу, но лучше всё-таки… ой.
«Ой» восседало на широком подоконнике, подобрав под себя ноги, и доедало пиццу. Лисья маска была сдвинута на одну сторону так, что от стола всё равно не было видно лица, но лакомиться тем не менее не мешала. В картонной коробке оставался один жалкий кусок, из которого выковыряли все ананасы.
– Ужасающая, неутончённая еда, – посетовал Белый, облизывая пальцы. – Острая… сладкая… кислая… Тянется. Отрава, сущая отрава. – И добавил, подумав: – Хочу ещё.
Летиция похлопала ресницами, переваривая его заявление – и рассмеялась.
– Будет тебе ещё. Этой штуки, – она постучала пальцем по свеженаписанной речи, стараясь не размазать чернила, – хватит на пять-шесть пицц. Так что гуляем.
Белый Лис обернулся, одновременно изящным движением возвращая маску на место.
– Вот как? Мне сразу подумалось, что твоё занятие, о прекрасная, воистину благородно и достойно всяческого почитания, но ныне я укрепился в этой мысли. Было верным решением не мешать тебе в сих возвышенных изысканиях.
В голове что-то щёлкнуло, и – не иначе, на волне ускользающего вдохновения – явился план.
Нет, не так.
«План Обезвреживания Белого Лиса».
Стараясь не выдать охватившего её волнения, Летиция потянулась к телефону, чтобы повторно заказать пиццу, уж если гостю она пришлась по вкусу. Для исполнения Плана на первом этапе требовалось переговорить с владельцем книжного магазина, желательно с глазу на глаз, и теперь она приблизительно представляла, как это устроить.
«Хочешь обмануть кого-то – говори правду и только правду», – напомнила себе Летиция мысленно, а вслух произнесла, сосредоточенно нахмурив брови:
