— Наверное догадываешься, Эйко, что втайне все воюют со всеми. Буду откровенен. В глобальном плане в двадцать первом веке это война всё-таки между цивилизациями, а для каждой из них — война одной изолированной человеческой культуры с другими, в этом твой лётчик совершенно прав. Все мы жалкие провинциалы. По духу, по культуре чужие. Все, все — чужие…
Миддлуотер потёр левой ладонью грудь против сердца, скривил губы и замолчал.
— А цели этой тайной войны? — Акико удвоила свою внимательность.
Миддлуотер задумался. Акико поняла, что ему не хочется сообщать ей лишнее. Но ведь и она не предполагала полностью раскрывать ему свои творческие тайны. Она вправе воспринимать то, что собрался ей рассказать Миддлуотер, по-своему, точно так же, как своеобразно слышит её он.
— Ну да, войны… Цели? Цели у каждого свои. Мы приходим к предварительному выводу — как вариант, Эйко, — что против твоего лётчика было применено психотронное оружие. Не психотропное оружие — от химического или бактериологического воздействия — у них, Густова и второго лётчика в герметичной кабине, ничего подобного не было и быть не могло, а психотронное, от воздействия какими-то физическими приборами, обрати на это внимание. Джордж Уоллоу, действительно американский лётчик-астронавт, в задней кабине МиГа уцелел, мы предполагаем, Эйко, потому, что просто-напросто потерял сознание. Сегодня я у тебя, чтобы, в том числе, подтвердить или опровергнуть психотронную версию.
Госпожа Одо удовлетворённо улыбнулась, показывая, что рада тому, что оказалась права, предполагая, что не случайно о человеке с такими именем и фамилией упоминал в своем рассказе русский лётчик, и осторожно поинтересовалась состоянием американского члена экипажа МиГа.
— Он уже прошёл обследование, с ним всё в порядке. Но его сейчас укрывают так же старательно, как и Бориса Густова. Если у тебя к нему есть вопросы, передашь их со мной. Здесь без выбора! И вот почему.
Видишь ли, появление нового оружия всегда нервирует и его обладателей, и потенциальных противников. И если это было новейшее психотронное оружие, возникает множество вопросов.
Кто применил? Где оно расположено? Каков принцип его действия? Где и в каких обстоятельствах оно может быть размещено и применено в следующий раз? Вот что меня интересует в первую очередь в твоих исследованиях. Поэтому никакого использования связи, никаких от тебя материалов в Штаты. Всё, что надо, от тебя будет доставлено президенту в моей голове. Только в моей голове и моей памяти.
Второе: всё подробно по этому самолёту.
Видишь ли, Эйко, если очень коротко: Россия сама дала эти свои самолёты… Дала, но зачем? Нет, пожалуй, следовало бы прежде пару слов сказать о том, что по просьбе правительств некоторых стран Центральной Азии потребовалось оперативное присутствие боевой авиации в районах, удалённых от океанов, где располагаются наши авианосцы. Дозаправка в воздухе истребителей технически отработана давно, но на неё уходит много времени. Скоростные беспилотные самолеты также имеют ограниченный радиус действия. Долголетающие тихоходны и легкоуязвимы.
К ещё большему сожалению, фото- и телекартинки — вот всё, на что сегодня оказались способны спутники. Из космоса нам нечем стрелять… Всё когда-нибудь погубят непрофессионалы, как со «звёздными войнами»… Хотя, мне кажется всё чаще, что профессионалы, допущенные к политике, на самом деле, ещё хуже. — Он успокаивался с трудом. Его выдавали искрящиеся глаза. — Как раз спутники и дали новую информацию об этих МиГах… У нас в администрации разразился очередной скандал, перешедший в шок, когда мы узнали, что у отсталой России появился более чем высотный — космический — боевой, военный самолёт, способный взлететь из Центральной Сибири, через каких-то тридцать-сорок минут завязать воздушный бой в небе над Парижем либо, соответственно, в другой стороне, над Аляской, Хьюстоном или Майами. Драться там, а потом дать газу — и… Вернуться как ни в чём ни бывало, домой или, скажем, в Австралию, или улететь вообще куда угодно, хоть к чёртовой матери!.. У нас до сих пор почти ничего не сдвинулось по злополучной программе космического бомбардировщика — в точности как со «звёздными войнами». А в этой полунищей и безграмотной России — аэрокосмический самолёт-истребитель! Нам ещё не на чем летать, а у них уже есть, чем сбивать!
Русский, первый космонавт Юрий Гагарин, впервые облетел планету за час и сорок восемь минут, а тут такое… Тут не вопрос, а целая книга из одних вопросительных знаков! Всю разведку поставили на уши. Так вот, когда не в кино, а реально возник кризис в Центральной Азии, у нас оказалось нечем оперативно покрывать очаги вокруг этих паршивых Гималаев…
— Погоди, погоди, Джим… Самолёт — космический. А как же озоновый слой над планетой? — спросила госпожа Одо. Она вклинилась в быструю речь Миддлуотера с трудом, поскольку Джеймс ожил и разговорился, как будто спешил не только довести до сведения Акико необходимый минимум информации, но и стремился в её лице приобрести сторонника и исполнителя, послушного его воле.
