— Ох, не гневи Игринию-матушку, Моржова, а не то вот те слово моё — получишь корзинкой по сусалам-то!
— Тьфу, баба настырная, да провались ты вместе со своими путниками!
Дверь открылась, явив моему взгляду недовольную Сусанну с крытой корзиной и удаляющуюся спину в тулупе.
— Что за шум? — вежливо ухмыльнулся Йен, как будто не разобрал ни слова из подслушанного.
— Да Моржова, мясник наш, всё никак не успокоится. — Женщина брякнула свою ношу на стол, и Йен тут же запустил руку внутрь. — У него дохляк на позатой неделе баранью тушу с заднего двора увёл, а до того ещё пару курей и связку свиных хвостов спёр. Хозяйство на краю деревни, туда частоколу не хватило… А тут вы — грязные, оборванные. Натуральные дохляки. Вот и бесится мужик.
— Дохляки? Кто такие? — Переспросила я, по примеру Йена подцепив из корзины хлебную краюху, и выбрав помидорку поспелее. Вдруг тут так по местной традиции обычных грабителей называют?
— Так неупокойники же. — Не подтвердила моих догадок самогонщица. — Мертвяки, которым в земле спокойно не лежится. Выходят и людям пакостят.
— И много у вас тут таких? — Подняв брови так высоко, что на лбу собрались глубокие морщины, осведомился Йен.
— Один. — Сусанна вздохнула и нервно вытерла руки передником.
— Не вижу проблемы. — Дёрнул верхней губой Йен.
— А причём тут мы? — Возмутилась я.
— Говорю же — похожи. Как из свежей могилы. Особенно ты, красавчик черноглазый. — Женщина кокетливо хлопнула ресницами. От неожиданности я даже перестала жевать и метнула крайне подозрительный взгляд на изуродованное синими изломами лицо своего спутника.
— Она всё видит и слышит, но её ничто не удивляет и не пугает. Не та ли, моя радость? — Он улыбнулся ей одними губами.
— Ты что творишь-то, чудище лесное? — ахнула я, видя остановившийся, счастливый до невозможности взгляд Сусанны, с готовностью кивавшей на каждое слово и жеманно хихикнувшей под конец.
— Ничего такого, о чём стоило бы так возмущаться. Всего лишь немного внушения, чтобы мы могли свободно разговаривать. Ты же понимаешь, что иначе у меня только один выход, — Йен протянул руку и ласковым движением поправил у женщины выбившуюся из причёски чёрную прядь, — убить её.
Я замерла, резко перестав ощущать вкус того, что ем. Неудачливая самогонщица всё так же с глуповатым обожанием улыбалась тому, кто только что, не таясь, сказал то, что сказал.
— Сусанна?
— Ась? — на меня обратился пустой, плохо сфокусированный взгляд.
— Вы точно всё расслышали?
— Конечно, я ж не глухая! — в пустоте явственно вспыхнуло раздражение.
— Иии?.. — проникновенно протянула я, в качестве намёка выразительно чиркнув ребром ладони поперёк горла.
— Он такой ми-и-илый, — сладко пропела женщина и смущённо захихикала, пряча лицо в ладони. Я удержала её руку и пощёлкала пальцами перед лицом.
— Этот милый обещал Вас убить!
— Да, и что?
Сказать по правде, этот вопрос поставил меня в тупик. А действительно — и что?
— И Вам даже не страшно? — с трудом нашлась я, в конце концов.
— Об этом я не думала, — нахмурилась зачарованная самогонщица, но секундой позже снова расплылась в счастливой улыбке, стоило только Йену её окликнуть и поманить пальцем.
— Прекрати сейчас же, — сквозь зубы велела я, неосознанно терзая в руках кусок сыра.
— А. То. Что? — Чётко разделяя паузами слова, глумливо ухмыльнулся Йен.
Ответить было нечего. Пришлось молча дожёвывать безвкусный хлебный мякиш.
Йен хмыкнул и, рисуясь, щёлкнул пальцами. Сусанна, только-только присевшая на краешек скамьи, подскочила, как шилом тыкнутая, всем своим видом показывая готовность исполнить любое желание сомнительного гостя. Гость же без лишнего изящества ухватил самогонщицу за подбородок и, встретившись с ней взглядом, велел забыть об увиденном и услышанном. Сусанна одеревенело кивнула, а я ядовито поинтересовалась, всю ли деревню он таким манером перехватал за подбородки, если нас из-за его жуткой рожи до сих пор не подожгли вместе с избой.
— Маленькая иллюзия, — любезно пояснили в ответ. — На неё моих скромных возможностей хватает. Надеюсь, ты понимаешь, о чём я.
В наступившем красноречивом молчании мне, по-видимому, полагалось хлопнуть себя ладонью по лбу со словами «Точно, а я-то и забыла!»
— Понятия не имею. — Вместо этого упрямо я упрямо сдвинула брови и вернулась к теме блуждающих неупокойников.
— Страшно на дохляка-то идти. — Сусанна понизила голос и боязливо стрельнула глазами в окно, — Он уже того, одного дохлеведа задрал. В прошлой седмице подкараулил да и уволок. Только следы кровавые на том месте, где наш заступник голову сложил.
— Так он его что, съел, что ли? — Спросила я, не веря, что задаю такой абсурдный вопрос.
— Вестимо и съел, — уверенно подтвердила самогонщица, как будто сама свечку держала, пока неприкаянный мертвец закусывал рёбрышком своей жертвы.
