Несколько минут Радим курил, обдумывая случившееся. Он выполнил наказ и надеялся, что больше его не потревожат, во всяком случае, именно эта жуткая гостья. Вот только ее слова-предостережения о зеркалах и тех, кто обитает внутри них, никуда не делись, как и подмигивающее ему отражение. Он был уверен, что ему это не привиделось. Бросив взгляд в зеркало заднего вида, он с полминуты смотрел в отражение, которое демонстрировало ему грязное заднее стекло. Никаких посторонних предметов или людей, это немного успокаивало. Раздавив окурок каблуком, Радим уселся за руль, нужно было поторапливаться, через три часа у него встреча с Коллекционером. Камень теперь он Фаберу точно не покажет, не про него честь, требовалось оценить монеты и показать зеркало, вдруг, он хоть что-то знает о подобных, работа старая, редкая, может оказаться дорогой. Хотя продавать его Радим не станет, во всяком случае, пока что, монеты должны принести хороший куш, в деньгах он какое-то время нуждаться не будет. А вот зеркало явно необычное, гостья на это не намекала, а открытым текстом сказала. И что значит, оно его запомнило? Надо бы вообще покопаться в прошлом этой деревеньки, странная она. Марина ничего не рассказывала, и теперь вряд ли захочет для него что-то сделать. Ну да ладно, он и сам умеет в архивах работать.
На этот раз, его никто не останавливал, и уже через полтора часа, Вяземский парковался в своем дворе. Место, как и вчера, искать не пришлось, народ на дачах. Вот вечером, если задержится, да, придется покрутиться.
На встречу Радим успел, хватило времени и душ принять, и переодеться, и каждую монету детально с двух сторон сфотографировать, и добраться до дорогого ресторана, в котором уже по старой доброй традиции он встречался с оценщиком.
— С чем пожаловал, Дикий? — поднимаясь навстречу и пожимая протянутую руку, поинтересовался слегка полноватый мужчина с лысой головой.
— С монетами, Дмитрий Семенович, — улыбнулся Вяземский. — А потом еще одну интересную вещицу покажу, но сначала по денежкам поговорим. Кубышку я нашел, приличную.
— Ну, выкладывай, — возвращаясь за стол, разрешил коллекционер. — Хотя постой, давай заказ сделаем, чтобы нас больше не отвлекали.
Радим кивнул и нажал кнопку вызова официанта. Здесь, в отдельном кабинете, им никто не помешает. На этот раз была его очередь платить, традиция у них такая сложилась, оплачивать встречи по очереди.
Официант, приняв заказ, заверил, что через двадцать минут все будет готово, и исчез. Радим выложил на стол свои трофеи. О том, что кто-то войдет и увидит золотые и серебряные монеты, он не опасался, местная обслуга была прекрасно вышколена и без разрешения даже до дверной ручки не дотронется.
Дмитрий Семенович удивленно изогнул бровь, разглядывая приличную кучку монет.
— Я смотрю, удачный коп у тебя был. Не спрашиваю, где ты рыл ямы, это не вежливо, но место богатое. Ну что ж, начнем, пожалуй, с золота…
Он достал очки ювелира, потом раскрыл свой планшет, в котором у него база, и взял ближайший царский червонец с портретом Николая второго.
— Это не слишком дорогая, — изучив монету вдоль и поперек, сообщил коллекционер. — Прекрасное состояние. Предварительная оценка — шестьдесят тысяч. Но насколько я помню, ты мне подобных еще не приносил, так что, поздравляю. Давай дальше. — Он взял второй червонец. — То же самое, может, чуть меньше, насечка на ребре немного сбросит цену, но не сильно.
Вяземский улыбнулся, две монеты больше, чем на сотню тысяч, он уже отбил и потраченные на коп деньги и проведенное в поле время, а ведь это даже не десять процентов от найденного.
С третьим и последним червонцем оценщик возился куда дольше, долго сверялся со своей базой. Наконец, он отложил монету и, подняв очки, уставился на Радима.
— Поздравляю тебя, — наконец произнес он, — ты сорвал куш. Невероятно редкая монета. Она относится к царствованию Александра третьего. Выпущена в 1886 году. Не буду тебя напрягать подробностями, цена конкретно этой монеты — примерно от семисот тысяч до миллиона сто. Точно смогу сказать, когда проведу нормальную оценку. Тебе повезло, это хороший куш, в принципе я уже сейчас тебе готов дать восемьсот. Или будем искать покупателя на максимум?
— Отложим решение этого вопроса, — придя в себя от названной коллекционером цифры, стараясь, чтобы голос не дрогнул, произнес Вяземский.
Коллекционер кивнул.
— Правильно мыслишь, Дикий, никогда не торопись, мы еще и половину твоей добычи не разобрали, а я, даже не изучая, вижу пару редких монет в хорошем состоянии.
В этот момент раздался стук в дверь.
— Господин Фабер, — раздалось из коридора, — можно войти?
— Входи, — крикнул Дмитрий Семёнович, кинув на конверт с монетами газету, которую читал до прихода Радима.
Официант молча вкатил в кабинет столик, уставленный тарелками, быстро перегрузил заказанное и, пожелав приятного аппетита, удалился.
На какое-то время оценка приостановилась, мужчины ели и общались на около рабочие темы, не забыли и про политику, обсудив положение в стране и в мире.
