Он резко выхватил у нее пакет и швырнул далеко за борт. Чайки, следовавшие за кораблем несмотря на непогоду, пронзительно закричали и набросились на пакет, думая, что там какая-то еда. Эверетт Андерсон дрожал от еле сдерживаемой ярости. Мойра Бабинс невозмутимо продолжала:
— «Они» решили попросить вас о новой услуге…
— Ни за что. Лучше умереть, — резко ответил Андерсон.
— Вы должны будете проверить состояние ракет «Полярис» и заменить в системе самонаведения в каждой из них деталь № 72421-Б аналогичной, которую «они» вам передадут.
— Лучше умереть! — повторил Андерсон.
Женщина продолжала, будто не слыша:
— Благодаря списку, переданному вами, «они» точно знают, сколько запасных деталей этого типа находится в резерве на складе «Протеуса». Знают «они» и количество «Полярисов», которыми располагает Четырнадцатая эскадра. По возвращении вы найдете в багажнике вашей машины сверток с необходимыми деталями. У вас есть три дня, чтобы принести такое же количество подлинных деталей, исключая те, что стоят на подлодках, находящихся в настоящее время в море. Их вы будете заменять по мере возвращения лодок.
— Лучше умереть! — в третий раз заверил Андерсон. — Я прекрасно понимаю, что «они» задумали, и не хочу иметь на совести гибель соотечественников…
— Не дурите! Россия не хочет войны и никому не угрожает. Угроза исходит от ваших генералов, готовящих превентивный удар. Мы должны любой ценой помешать этому, чтобы спасти мир. Вы прославитесь за содействие этой цели.
— Вы принимаете меня за идиота! — бросил Андерсон.
— В любом случае, — продолжала Мойра Бабинс, вы знаете, что произойдет в случае вашего отказа. Кое-кто получит кое-какие фотографии и…
— Мразь!
— Ради спасения мира, мистер Андерсон, допустимы все приемы. Не надо было влипать в ту историю… Теперь о передаче снятых подлинных деталей. Вы соберете их в коробку и через три дня в десять часов вечера положите ее у стенда с планом в Кастл-Хилл, в Дунуне. Туда поедете вдоль берега моря, а обратно — мимо отеля «Мак-Коллс».
— Угу! — буркнул Андерсон. — Как же!.. Ждите!.. Пейте водичку и проживете долго!
Яростный порыв ветра заставил их на секунду замолчать. Оба промокли и дрожали от холода. Чайки раскричались еще сильнее. Андерсону, смотревшему вдаль, показалось, что он видит деревянный причал Хантерс-Кей и вход в Холи-Лох.
— Я уверена, что вы будете вести себя разумно, мистер Андерсон, — сказала в заключение Мойра Бабинс. — Счастливого дня.
Она ушла, держась за поручень. Эверетт Андерсон, жутко ругаясь, спустился следом за ней в укрытие. Он сразу протрезвел.
Десять минут спустя пароход пришвартовался у набережной Дунуна. Погода была по-прежнему омерзительной. Когда были переброшены сходни, Юбер Бониссор де Ла Бат и Энрике Сагарра сошли на берег в числе первых. Из громкоговорителей вырывалась джазовая музыка, возможно, призванная поднять дух прибывших. Дамбу, соединяющую морской вокзал с твердой землей, делила на две части продольная, наполовину застекленная перегородка. Юбер и Энрике, неся свои чемоданы, двинулись по правой стороне, чтобы укрыться от дувшего с запада ветра.
— Вы уверены, что сейчас август? — спросил Энрике.
— Увы, сомнений быть не может! — ответил Юбер.
Они вышли на улицу и сели в такси.
— Отель «Мак-Коллс», — сказал Юбер шоферу.
Гостиница «Мак-Коллс» находилась ровно в трехстах метрах слева. Это было большое желтоватое здание, напоминающее казарму. Оно располагалось в пятидесяти метрах от моря. Такси въехало во двор, где уже стояло несколько машин, и затормозило перед входом. Носильщик занялся их багажом. Юбер заплатил три шиллинга шесть пенсов за проезд и добавил шесть пенсов «на чай».
Отель был скромным, хотя и современным. Молодая упитанная женщина, выглядевшая привлекательной даже в унылом черном платье, занималась приемом приезжих. Мужчины предъявили паспорта и записались под именами: Юбер Ла Верн, инженер, и Энрике Леоне, шофер. Поскольку они были иностранцами, молодая женщина дала каждому розовую полицейскую карточку.
— Заполните их в ваших номерах и принесите мне, — любезно сказала она. — Обед в час, ужин в семь.
Носильщик поднял их в лифте на четвертый этаж. У них были соседние номера: маленькие, плохо меблированные, с умывальником в углу.
— Ванная и туалет в коридоре, — сообщил носильщик. — Телефон тоже.
— Да, большой комфорт! — оценил Энрике.
Юбер дал служащему чаевые, и тот удалился.
— Давно нас так не баловали, — добавил Энрике.
— Мне очень жаль, — ответил Юбер, — но это, кажется, лучший отель Дунуна.
— Ладно, будем считать, что нам не повезло, — заключил Энрике. — Какова наша программа?
— Разбирайте ваши вещи и ждите моего сигнала.
— Надеюсь, вы подадите его скоро. В этой халупе можно стать неврастеником.
Он вытащил из кармана брошюрку с библейскими советами, которую ему дала девушка в поезде, и стал искать.
— Так…
