Меня призвали, в самое начало 20-го века. Старый хрен решил за мой счёт спасти жизнь раненому внуку, чтобы сохранить свой аристократический род. Вот только безвольной марионеткой я быть не собираюсь!
ПОСЯГАТЕЛЬСТВО НА ЖИЗНИ! — гласил заголовок.
Ниже под ним шло короткое описание событий, без упоминания имен. Однако узнать было не трудно:
«Какъ стало извѣстно, возлѣ одного из институтовъ Москвъ прѣподаватѣль напалъ на пятѣрыхъ студѣнтовъ. Что стало прiчиной конфликта выяснiть не удалось, но по итогу одинъ студѣнтъ ранѣнъ из рѣвольвѣра въ ногу и сѣйчасъ проходитъ лѣченiя, а остальные жѣстко избитъ. Полицiя занiмается расслѣдованiямъ, однако самъ фактъ нападѣнiя на молодыхъ людѣй вызываетъ возмущенiя обществѣнности.»
— Вы кому-нибудь рассказывали о произошедшем? — поинтересовался ректор.
— Нет, да и смысл? Весь институт и так в курсе, журналист мог узнать о событии от кого угодно. Меня иное беспокоит — то, что меня выставляют в виде преступника! — зло сжал я зубы.
В груди внезапно кольнуло. Сначала я подумал, что это сердце дало сбой — все же в последние дни я изрядно перенервничал, но потом узнал это чувство — клятва о защите чести рода дала о себе знать! Но почему? Статья хоть и неприятная, но при детальном рассмотрении, если кто-то захочет изучить вопрос, ко мне претензий не возникнет.
— Подобное написано не только в «Ведомостях Москвы», — буркнул Котельников и взял с края своего стола еще несколько газет и протянул их мне.
Я стал брать их одну за другой, и в каждой газете можно было найти подобную статью, причем характер статей был очень похож.
НАПАДЕНИЕ НА СТУДЕНТОВ
НАСТАВНИК ПО ДИСЦИПЛИНЕ ПРЕВЫСИЛ ПОЛНОМОЧИЯ
ПРОЛИТА КРОВЬ СТУДЕНТА, ЧТО ДАЛЬШЕ?
И в каждой статье, не указывая конкретных имен, авторы рассказывали о происшествии под таким углом, что именно я выставлялся виновником происшествия.
— Имен нет, — все же указал я ректору на эту особенность.
— Ай, бросьте, — отмахнулся тот. — У нас не так много учебных заведений. Узнать, где это произошло, не проблема.
— Студенты знают, как все было на самом деле.
— Но будут ли они говорить правду? Многие ведь вас недолюбливают и с радостью поддержат тон статей. А там — слухи имеют удивительнейшее свойство искажаться самым причудливым образом. О вас и нашем институте безусловно узнают, и имена точно добудут, а вот дальше... Это ударит по репутации заведения самым разрушительным образом! Мне в вину поставят, что я взял на работу мясника и убийцу! — заломил руки Игорь Александрович.
— Прекратите нагнетать, — жестко пресек я его. — Вы же видите — все статьи словно одной рукой написаны. Это чей-то заказ. И я знаю не так много людей, кому это выгодно.
А я ведь еще и согласился с предложением полицейского придержать дело до разговора с родителями студентов. Черт! Даже если я прямо сейчас это сделаю, те же слухи потом могут исказить таким образом, что я еще и натравил на несчастных полицию. Вот почему клятва дала о себе знать!
В груди снова кольнуло, уже сильнее и я не удержался и приложил руку к груди.
— Вам плохо? — заметил мой жест ректор.
— Да, немного прихватило, — кивнул я.
И пусть мне действительно было немного больно, но признался я в этом Котельникову с одной вполне конкретной целью.
— Вам лучше пойти домой и отлежаться, — предложил ректор.
Я лишь кинул в ответ.
— А со статьями я разберусь! Напишу в редакции газет, потребую с них объяснений, — серьезно проговорил ректор.
— Нет, — тут же остановил я его, а то еще дров наломает. — Это удар в первую очередь по мне. Я сам решу вопрос.
— Репутация института тоже под угрозой, — заметил мужчина, но по его глазам было видно, что он не против скинуть решение проблемы на меня.
— Решу вопрос удара по мне, и честь института не пострадает.
— Хорошо. Раз вы так уверены...
У меня уже появились мысли, с чего начать, остался лишь вопрос — когда это сделать. Понятно, что в ближайшее время, но стоит ли из-за этого отменять встречу с Лидой? Очень не хочется. И стремление провести с девушкой время в итоге победило. Тем более что и колоть в груди почти перестало. Видно клятва дала намек, что пропускать мимо внимания газетные статьи не стоит и, когда я принял решение разобраться с их составителем и заказчиком, успокоилась.
Когда я вышел из института, около входа на территорию уже стояла Лида, а на нее с интересом посматривала пара молодых людей. Вот один из студентов решился и пошел к девушке с явным намерением познакомиться. Но тут ему не повезло. Ускорив шаг, я нагнал его и придержал за локоть.
— Что вы себе позволяете? — попытался тот скинуть мою руку.
— Останавливаю от совершения опрометчивого поступка, — холодно ответил я. После чего повернулся к девушке и улыбнулся. — Лида, рад, что ты смогла приехать.
Поняв, что ему ничего не светит и красавица стоит здесь не просто так, студент опустил голову и, когда я отпустил его, быстро ретировался, тихо бурча проклятья в мою сторону.
— Григорий, — стрельнула в меня глазками Воронцова, от которой не укрылась эта мимолетная сцена. И ей моя реакция точно понравилась! — Я тоже рада нашей встрече. А что это у вас в руках?
— Подарок вам, который поможет осуществить ваше желание, — с улыбкой произнес я.
