— Дома, — протянул тоскливо.
— Чего сидишь, помогай давай.
Пришлось ставить игру на паузу, и тащиться в коридор, таскать сумки. Родительница закупила съестного на неделю: сыры, масло, ветчина и колбасы, фрукты и конечно же любимый мамкин зефир — приторный до жути.
— А шоколадок не купила? — обреченно спросил я, добравшись до дна сумки.
— Не до шоколадок твоих, я и так в двух руках тащила, — строго заметила мать. И тут же ввернула свою любимую фразу: — ты же не помогаешь.
— Терпеть не могу ходить по магазинам.
— Думаешь, мне нравится?
Нравится, и еще как, но упоминать об этом я благоразумно не стал. Иначе разговор грозился перейти в бесконечный цикл, повторяемый с периодичностью раз в неделю. Сейчас еще про Дюшу вспомнит.
— А вот Андрей молодец, всегда родителям помогает.
— Мам, нифига ты не знаешь.
— И по магазинам ходит, и сумки таскает.
— Он не за просто так, он на новые гантели копит.
— А ты у меня на что копишь? — знакомая улыбка появилась на усталом лице. Мои волосы взъерошили, и нежно потрепали на самой макушке. — Тебя даже за деньги не вытащишь из квартиры. Так и не помирился с Костиком?
— Мам, не начинай.
— Хоть бы на улицу вышел, свежим воздухом подышал. Посмотри в окно, какая погода: тепло, солнечно — настоящее бабье лето в гости пожаловало.
— То-то и оно, что бабье, — пробурчал и вывернулся из-под материнской руки. Иногда на нее находила ласковость: начинала трепать и тискать без причины, словно я маленький мальчик. А мне восемнадцать лет, между прочим.
— Вот когда «мужиковое» лето наступит, тогда и выйду.
— «Мужиковое», — мамка отвесила легкий подзатыльник, — иди уже, мужик, играй в свои игрушки.
Хорошо, что про Ольку ничего не спросила. Что-то такое подозревала, но лишний раз с расспросами не приставала. И правильно делала, потому как снова бы поругались. Только утих конфликт после той треклятой поездки к тети Ларисе. Мать со мной две недели не разговаривала, а я с ней три, потому как нечего было сватать без спроса. И если бы не та поездка… Если бы не та поездка, я бы до сих пор встречался с Олькой, а лучший друг продолжал бы наставлять рога.
Темные мысли начали одолевать, но я уже знал, как с ними бороться.
Сел за приставку и взялся за потертый от времени джойстик. Не успел отжать паузу, как тренькнул телефон на столе. Это кто еще пишет? Провел пальцем по экрану и тот загорелся, извещая о шестидесяти трех пропущенных. Групповой чат буквально пестрил фотографиями с вечеринки Сабурова.
Вот он сам, в модной рубашке и белых штанах, закатанных чуть выше щиколотки, идет по пирсу. Рядом с ним Маринка Володина — улыбается, машет в камеру. Хм, а в коротких шортиках ее ноги выглядят еще более соблазнительными. И вечно пластиковое лицо вдруг оказалось живым, с растрепанной от ветра челкой.
Листаю дальше и вижу голого по пояс Пашку с пивом в руках. Ну этот персонаж на фотографиях вечно с бутылкой. На заднем плане бугрится пенный след и гидроцикл, подпрыгивающий на волнах. Не пойму, кто им управляет… Максимально увеличиваю фото, до расплывающихся пикселей на экране. Если судить по широкой спине в красном жилете — это Сашка. Мог быть и Дюша, только Дюшу на вечеринку не позвали. Свергнутый король был никому не интересен, даже бывшим оруженосцам.
А вот и Аллочка в купальнике на фоне бассейна — пытается загорать. Неизвестный весельчак загородил солнце, мешая принимать солнечные ванны. Знаю я одного такого шутника, зовут Дамир. Пока полотенцем по роже не получит, не успокоится. Судя по недовольной гримасе Аллочки, к этому все и шло.
Снова провожу пальцем по экрану… Групповое фото за длинным столом, усыпанным всевозможнейшими яствами. Чего здесь только нет: и фрукты экзотические, и бутерброды, и салаты, и даже гигантское блюдо имеется с крабовыми клешнями. Вина в причудливых бутылках, о существовании которых не подозревал, и водка «Посольская», премиум класса. Исходя из названия, выбор более чем уместный, потому как за столом сын высокопоставленного дипломата. А вот и он сам — Вячеслав Сабуров, во всей красе и собственном величии, восседает во главе, как и положено новому королю. По правую руку замерла Марина Володина. Девушка успела навести макияж, поправить прическу, вновь превратившись в пластиковую куклу. А по левую…
Не стал я дальше вникать, кому какое место досталось, увидев в самом углу снимка родное лицо. В сердце неприятное кольнуло: Олька была здесь и Костик рядом. Не просто сидит — он её обнимает, сука.
А ведь кто-то обещал, говорил, что их не будет. Что ж, теперь понятно, почему столь настойчиво зазывали на вечеринку. Мало вам развлечений в загородном особняке, решили концерт бесплатный устроить? Думали, орать буду или того лучше, в драку кинусь. А вот не вышло по-вашему…
Мотаю ленту дальше — сплошные сообщения о том, как здесь круто и здорово. От количества улыбающихся смайликов начинает рябить в глазах. Больше всех старается Ритка Зарубина, раз за разом публикуя сердечки c фейерверками.
