Сегодня Гермиона раньше закончила дела в библиотеке, она закрыла дом, Роза уже была рядом с ней, а Хьюго ещё не вернулся из гостей. Мать и дочь быстро дошли до своего домика и стали собирать вещи. Девочка спокойно отнеслась к переезду, ей так же, как и Грейнджер, хотелось помыться в нормальной ванне. Они закончили сборы, через пять минут пришёл Хьюго. Он сначала даже немного расстроился, что они снова переезжают, но потом быстро передумал.
Через полчаса приехал Блэк, он посадил всех в машину, убрал чемоданы и повёз их в дом Кристиана. Как он и говорил, дом был довольно-таки большой, женщине и двоим детям там было комфортно. Малфой показал им всё в доме, а потом быстро ушёл к себе, сославшись на то, что должен покормить собаку.
Быстро разобрав вещи, Гермиона сразу направилась в ванную. Она не могла припомнить, когда душ доставлял ей такое наслаждение. Шатенка стояла под горячими струями, и её тело ликовало от каждой капельки воды. Вся сантехника была современная, если не знать, где они находятся, можно было подумать, что это Сиэтл.
Наигравшись за целый день, Хьюго и Роза уснули в тот же миг, как только улеглись в кровати в спальне для гостей. Грейнджер досталась широкая кровать во второй спальне. Хотя Драко несколько раз повторил, что здесь они могут чувствовать себя как дома, Гермиону не покидало ощущение, что они вторглись в чужую личную жизнь. Блэк с лёгкостью предложил им дом своего друга, но Грейнджер не была уверена, что он удосужился сообщить об этом самому Кристиану. К тому же, судя по тому, что она услышала от Перл, лучшим другом Драко был младший брат семьи О’Нилл — Сойер, а вовсе не Кристиан.
Выйдя из ванной в одном полотенце, Гермиона быстро дошла до своей комнаты, переодевшись в тонкий свитер и джинсы, она прошла на кухню налить себе чаю. Трудно было удержаться от сравнения убогой лачужки с домом Кристиана, просто обстановка которого казалась роскошной.
Кухня была большая и светлая: белые стены с бордюром в виде синих тюльпанов. Уют и изящество комнат напоминали, что когда-то здесь жила Эллен О’Нилл. Её вкус проявлялся во всём. Захватив с собой кружку с чаем, Грейнджер вышла на крыльцо и уселась на старомодные качели. Вокруг гудели комары, пока она не сообразила, что надо зажечь отпугивающую их ароматическую свечу.
Вечер был неправдоподобно прекрасен: вокруг щебетали птицы, тундра, казалось, полна жизни, хотя время было десять вечера, солнце светило как в полдень. Держа в руках маленькую кружку, Гермиона рассматривала небольшую лужайку перед домом Блэка, который стоял напротив.
Сразу бросалось в глаза, что его не касалась женская рука. Хотя перед домом тоже был двор, и там были клумбы, но росла только дикая трава, цветами никто не занимался. И цветочные горшки не украшали подоконников. Крыльцо было меньше, чем у Кристиана, и, кажется, приделано позже. Глядя на дом, в голове у Гермионы снова возникли вопросы, кто же её сосед? Неужели это правда слизеринец Малфой? Если это на самом деле бывший Пожиратель смерти, то Грейнджер не могла не признать, что он сильно изменился. Она припомнила, что он ни разу не заговорил с ней, растягивая слова, как делал это в Хогвартсе.
“Осталось узнать, была ли здесь женщина по имени Нарцисса, — подумала Гермиона. — Если Блэк — это и есть девичья фамилия его матери, то это точно Малфой. Но, похоже, он совсем не колдует и живёт как обычный магл, видимо боится, что Аврорат доберётся до него, — эта мысль вызвала у Грейнджер грустную улыбку. — Я ведь тоже поэтому не колдую, потому что не хочу, чтобы меня нашли родители Рональда и отобрали детей. Кто бы мог подумать, что мы окажемся в похожих ситуация”.
Подтянув ноги к коленям, Гермиона внимательно смотрела на дом, а потом снова ушла в свои мысли: “Переехав в Уайт-Маунтин, я совершила второй решительный поступок в жизни. Первым был побег из Лондона в США”.
Но тогда она хотя бы знала правила игры и примерно представляла, чего ей ждать, хотя ту же работу, что была бы ей по душе, она не сразу смогла найти. Теперь всё было ещё сложнее: ставки были слишком высоки. Но Грейнджер твёрдо решила, что не отступит, просто не сможет. Как бы там ни было, она намерена устроить свою жизни и жизнь своих детей здесь.
Дверь в доме Блэка открылась, и Драко вышел на крыльцо. Держа в руках кофейник, он облокотился на перила. Какое-то время, показавшееся вечностью, они просто смотрели друг на друга. Малфой не собирался уходить из дома, но, увидев её в окне, не смог устоять и поддался соблазну. Наконец, решив идти до конца, он поставил кофейник и перешёл через улицу.
— Не возражаете, если я присоединюсь к вам? — спросил он.
— Нисколько, — Гермиона надеялась, что голос не выдал её растерянности, она подвинулась на качелях, освобождая ему место.
