— У… ты можешь всё нормально объяснить? — попросил О’Нилл.
Малфой сделал глубокий вдох и рассказал о своих отношениях с Гермионой, как он не подпускал к ней никого, но, когда на него стали обижаться, пришлось чуть отступить. Другие мужчины этим воспользовались и стали заваливать её сначала подарками, а потом, недолго думая, делать предложение.
— Мне больше всего интересно, а старик Гамильтон тоже просил её выйти за него замуж? — лицо блондина стало таким злым, что на лице появились желваки.
— Ну и кашу вы заварили, — покачал головой Чарльз, с укором смотря на друга. — Но я не могу понять, почему ты так уверен, что миссис Сазерленд отвечает тебе взаимностью? Из твоего рассказа я понял, что у неё было много поклонников, или ты считаешь себя таким неотразимым, что, кроме тебя, она больше ни на кого не посмотрит?
— Понимаешь, тут не всё так просто, — пробормотал Драко. Ему не хотелось говорить о прошлом с Чарльзом сейчас, но, кажется, выхода у него не было: только так он мог убедить друга, что именно он нравится Гермионе. Сделав глубокий вдох, он поведал, что почти не сомневается, что Гермиона Сазерленд на самом деле его бывшая однокурсница Грейнджер.
Малфой был уверен, что, узнав о героине войны, О’Нилл поможет ему или хотя бы не будет мешать. Но он просчитался — реакция друга была совершенно обратной: Чарльз просто закипел от ярости, он вскочил на ноги и так посмотрел на Драко, что мог бы одним взглядом убить его на месте, потом он стал ходить туда-сюда по небольшой комнате.
— Слава Богу, что эта ведьма уезжает отсюда, — с облегчением произнёс Чарльз и, не дав блондину возразить, осадил его жестом, быстро заговорив: — Даже если всё то, что ты рассказал о Грейнджер — правда, и она приехала в Америку, чтобы спрятаться от родителей покойного мужа, которые хотят забрать у неё детей, им троим тут не место. Вдруг эти Уизли найдут бывшую невестку, они могут все приехать сюда, а, судя по твоим словам, семья у них большая и могущественная. Только этого нам не хватало! — его глаза наполнились ужасом. — Мы тут живём тихо и мирно, никого не трогаем, нам ни к чему участвовать в разборках магов из других стран.
— Тебе что, совсем не жаль Гермиону?! — поднялся на ноги Драко, сжав руки в кулаки. — У неё могут отобрать детей только потому, что родители её покойного мужа спятили от потери сына.
— Это не наши проблемы, а её, — отрезал О’Нилл. — Я не хочу, чтобы в нашем городке жили ещё волшебники, ладно ты, но теперь тут и эта Грейнджер, и ещё её дети! Нет, нам такого счастья не надо, — заявил он безапелляционным тоном. — Ей лучше уехать, а ты быстро забудешь эту женщину.
После этих слов Чарльза Малфой уже не стеснялся в выражениях, за что и получил отповедь в ответ. В какой-то момент ему даже показалось, что они с О’Ниллом могут и подраться. Но всё-таки Чарльз всегда умел держать себя в руках, и сейчас он сдержался. Драко выбежал из конторы, громко хлопнув дверью.
Он был так зол, что не помнил, как сел в пикап, как доехал до дома. Очнулся он только на кухне, когда понял, что разогревает себе еду в микроволновой печи. Поставив тарелку на стол, блондин так и сидел уже полчаса и смотрел на неё, но есть не хотел.
Малфой искренне желал, чтобы Чарльз на собственном опыте испытал, что значит любить и не иметь возможности быть с любимой женщиной. Теперь он точно осознал, что любит Гермиону. Драко снова стал думать, как бы поговорить с ней, какие слова подобрать, чтобы объяснить свои чувства. Может быть, стоит быть с ней откровенным и сказать, что он знает её секрет.
Неожиданно эти размышления привели его к мыслям об отце. Он вспомнил, как Люциус вёл себя с женой: вроде относился с уважением, но… одновременно и нет, ведь многие его друзья знали, что у лорда Малфоя есть любовница. Драко быстро понял, что, когда он приезжал на каникулы домой, всё лето отец старался сидеть дома, но при этом он постоянно пил у себя в кабинете. Нарцисса в малой гостиной занималась рисованием, чтением, даже пыталась что-то вышивать, приглашала в гости подруг, но с мужем почти не проводила время вместе. Видя такую семейную жизнь своих родителей, блондин понял, что такого будущего он себе не хочет. Даже когда вернулся Тёмный Лорд, отец умудрялся выпивать, а мать читала книги — вот такая у них была жизнь.
Сбежав на Аляску, Нарцисса особо не изменилась: она всё равно, живя здесь, общалась только с Эллен и иногда с Перл и много читала. Именно книги матери и привели сюда Гермиону. Драко просто не мог представить, что завтра ему придётся идти на лётное поле, посадить её и детей в самолёт и смотреть, как Чарльз увозит их. В одном Малфой был уверен: если это произойдёт, он точно будет пить вечерами, как Люциус. Неужели такой станет и его жизнь? От этой мысли по спине пробежал холодок.
