По ощущениям Гермионы прошло минут двадцать, а может тридцать, когда она убедилась, что Малфой не проснётся. Она встала с постели, обошла её, подняла с пола свои вещи и стала быстро надевать их на себя. Во всём теле были приятные ощущения, Грейнджер уже и забыла о них. Она не соврала: после гибели мужа у неё больше не было мужчин, а на свидания она ходила считанное число раз. Надев футболку, шатенка повернулась и посмотрела на спящего мужчину, она прикрыла его одеялом, чтобы он не замёрз, и вышла из комнаты.
Быстро покинув дом Драко, Гермиона несколько минут постояла на своём крыльце. Убедившись, что её никто не видел, она скрылась в доме.
Комментарий к Глава 21. Самый большой секрет.
Поздравляю всех читателей с наступающим новым годом.
========== Глава 22. Эти вещи - это я. ==========
Малфой медленно просыпался, ощущая во всём теле приятную лёгкость: давно у него не было такого хорошего начала дня. Он понял, что накрыт одеялом, и мысленно поблагодарил за это Гермиону. Драко точно знал, что заснул раньше неё. После такого умопомрачительного оргазма, когда их тела будто устроили светопреставление, он полностью выбился из сил, даже говорить не мог, хотя ему хотелось задать шатенке несколько вопросов. Больше всего его поразило, что у неё давно не было мужчины. Судя по тому, что она сказала, он понял, что после гибели Уизли у неё ни с кем не было секса. Этот факт обрадовал его.
Прокрутив в голове все мысли, Малфой открыл глаза. На улице как всегда ярко светило солнце, он повернул голову уверенный, что сейчас увидит Грейнджер: судя по тому, как тихо, она всё ещё спит, — но вместо её красивого лица посмотрел на пустую кровать. Драко резко сел на постели, дотронувшись до покрывала, он понял — оно давно потеряло человеческое тепло, значит Гермиона уже ушла, скорее всего, сразу после того, как он заснул. Она забрала все свои вещи и опять сбежала от него. Единственное отличие от их первой ночи: он знал, кто она такая и где её найти. От злости блондин рухнул на подушку и ударил кулаком по постели. Все его мечты о приятном завтраке вдвоём рассыпались, как карточный домик.
“Неужели Гермиона всё равно не передумала уезжать? — эта мысль просто не укладывалась у него в голове. — И что тогда это было сегодня ночью? Грейнджер была так благодарна мне за то, что я помог ей найти детей и вернуть их домой? Это она таким образом решила отблагодарить меня? — этот вопрос привёл Малфоя в бешенство, он вскочил с постели и стал быстро одеваться. — Гермионе просто захотелось секса, она сама призналась, что у неё пять лет не было мужчины, и она решила со мной это исправить, мы ведь уже спали вместе. Ну уж нет, дорогуша, на этот раз такой номер у тебя не пройдёт”.
Выйдя из спальни, Драко пошёл умываться. Посмотрев в зеркало, он взял бритву и решил избавиться от бороды: он вдруг понял, как она ему надоела. Малфой вытирал лицо, когда в дверь позвонили. Ему очень хотелось, чтобы это пришла Грейнджер, извинилась, что оставила его, предложила вместе позавтракать и сообщила, что не собирается уезжать. Но вместо Гермионы на пороге стоял Чарльз.
— Ого, — ахнул друг, когда увидел блондина без бороды. — Ты знаешь, а так тебе намного лучше, — сказал О’Нилл, заходя в дом. — Ты словно помолодел.
— Да я и так не старый, — напомнил Драко перед тем, как закрыть дверь, потом он посмотрел на дом напротив, но на крыльце никого не было.
— Я так понимаю, ты побрился ради миссис Сазерленд? — спросил Чарльз. Выдуманная фамилия была неприятна для слуха блондина. — Надеешься, что она не улетит сегодня?
— Я просто не могу её отпустить, — заявил Малфой.
О’Нилл внимательно посмотрел на друга:
— Похоже, я что-то пропустил, — уверенно сказал он, сев на диван. — Давай, выкладывай, что ещё случилось между тобой и… твоей старой знакомой из Лондона.
Драко понял, что ему надо с кем-то поговорить, он сел напротив Чарльза и всё ему рассказал. Сильнее всего О’Нилла удивило то, что Хьюго — сын его друга.
— Мне жаль, что всё так получилось, — нахмурился Чарльз. — Одно мне ясно точно: если Гермиона сегодня улетит отсюда с детьми, ты не сможешь помешать ей. Вы оба живёте в Штатах по поддельным документам. Да, вы вроде являетесь гражданами страны, но если ты захочешь установить отцовство и подать в суд, чтобы тебе разрешили принимать участие в воспитание сына — это всё может повлечь за собой проблемы, причём большие. Ты ведь и сам это понимаешь?
— Да, я понимаю, — отрезал Драко. — Ни в какой суд я подавать не собираюсь, я, что, похож на идиота? Чтобы подставлять и её и себя. Но ты понимаешь, дело не только в Хьюго, а в самой Гермионе… я люблю её.
— Ты в этом так уверен? — в голосе друга слышалось сомнение.
— Да, — вскипел Малфой.
