Девушки вышли из квартиры, направились к Негодяеву. Димка открыл им дверь, будучи в одних плавках. Спросонья он подумал, что возвращается Салтыков, и никак не ожидал увидеть в шесть утра на пороге своего дома Аню и Оливу.
– Доброе утро, Димочка, – проворковала Аня, а Олива первым делом спросила:
– Салтыков у тебя?
– Нет, он только что пошёл к вам, – ответил Димас.
Аня и Олива вошли в прихожую, рассказали Диме про то, что было вчера ночью. Он поржал, сказал, что Салтыков подумал, что они там мужика какого-то привели и прятали от него.
– А мы ещё слышали, как на улице кто-то орал "Суки!", – сказала Олива, – Интересно, он это был или не он…
– Вполне возможно, что он и был, – ответил Дима, – Кстати говоря, я не удивлюсь, если он ушёл не сразу, а какое-то время стоял под дверью и подслушивал. Это в его стиле.
– Ну пипец…
Внезапно в коридоре послышался салтыковский кашель и раздался звонок в дверь.
Олива испугалась не на шутку.
– Димка, не открывай!!! – взмолилась она.
– Блин, я забыл запереть дверь изнутри на ключ, – шёпотом сказал Дима, держа дверную ручку, которая с той стороны двери уже ходила ходуном в его руках.
Олива со страхом смотрела на извивающуюся в Димкиных руках дверную ручку, которую с той стороны дёргал Салтыков. Секунды казались бесконечностью, как в замедленном кино. Аня и Дима изо всех сил старались не шуметь, но проклятый паркет предательски трещал под их ногами, и этот треск казался Оливе оглушительным. Всё сейчас сосредоточилось на том, что творилось по ту сторону двери. Олива смертельно боялась, что Салтыков вот-вот рванёт резче дверь и откроет, и тогда пипец им будет всем троим.
Но обошлось. Салтыков потрезвонил там в дверь, покашлял себе и ушёл восвояси.
Едва оправившись от пережитого испуга, девушки сели пить чай с кексами на Димкиной кухне. Попили чаю, побазарили о том о сём, собрались уходить.
– Так ты скажи ему, – сказала Олива Диме уже в прихожей, – Ты скажи ему, мол, так и так, если он не дурак, то он поймёт…
– Ну, я понял тебя, – сказал Дима, – Ты повторяешь это одно и то же уже десятый раз.
– Ну хорошо, мы тогда пойдём…
Олива и Аня вышли из дома, но не успели они дойти до ограды, как услышали, что кто-то их зовёт. Олива обернулась – на балконе стоял Дима.
– Только что звонил Салтыков! Сказал, чтобы ты ему перезвонила.
– Но у меня нет денег на телефоне, – сказала Олива.
– Идите сюда, я дам вам свою симку от Мегафона.
Девушки опять вошли в его дом. Дима дал Ане симку, она вставила её в телефон.
Однако Оливе было стрёмно звонить Салтыкову.
– Я лучше напишу ему, – сказала она.
– Пиши быстрее, а то Аня уже спит, – подгонял Негод. Аня и вправду уже дремала на лестнице.
– А что мне ему написать? – растерялась Олива, и, наконец, написала:
"Давай потом поговорим. Мы не спали всю ночь".
– Ты неправильно написала, – сказал Дима, заглядывая Оливе через плечо в телефон,
– Надо сначала написать: "Андрей"…
– Да какая хуй разница! Разве это так важно?
– А как же? Это очень важно, к человеку надо по имени обращаться.
Но исправлять смску было поздно, так как Олива её уже отправила. Ответ не заставил себя долго ждать.
"Меня это не интересует. Я тоже не спал всю ночь. Приходи в 12:30 в кафе на первом этаже высотки, от главного входа сразу налево. Жду ровно 3 минуты и ухожу".
– Ничего не поделаешь – придётся идти, – вздохнула Олива, у которой от бессонной ночи голова просто разламывалась на куски.
– До двенадцати ещё около трёх часов, – Дима посмотрел на часы, – Так что лучше идите спать пока; в двенадцать я вас разбужу.
– Ну ты уж разбуди нас, – попросила Олива.
– Всё-таки заведите будильник на всякий пожарный, – сказал Дима, – А то я сам могу проспать – я блин из-за вас тоже всю ночь глаз не сомкнул. Салтыков блин всю ночь тут бродил, мне спать не давал… Тоже, раздули из мухи слона, сами не спали и другим выспаться не дали…
– Не обобщай, – сказала Аня, – Ты из-за них с Салтыковым одну ночь не спал, а я целых две. Вот и сосчитай.
– Ладно, пойдёмте спать, – зевнула Олива, и все разбрелись по комнатам.
Проснулась она по будильнику. Аня дрыхла без задних ног, Дима тоже спал в своей комнате. Голова у Оливы была просто чугунная, сил не было вообще. Но надо было вставать и идти…
Олива кое-как оделась, причесалась. В глазах темнело, голова кружилась.
Обнаружила, что пришли эти дела, причём на несколько дней раньше. Больше всего ей сейчас хотелось вырубиться. Но другого выхода не было, и она, взяв сумку, поехала к зданию высотки.
Ровно в 12:30 Олива явилась в назначенное место в кафе. После солнечной улицы в маленьком кафе было темно и прохладно. Народу там не почти не было. Не было там и Салтыкова…
Олива постояла там одну минуту и вышла в холл. "Значит, не придёт", – подумала она и решила уходить. Но в 12:31 на её телефон пришла смска: "Время пошло".
Олива вошла в кафе и увидела там его.
– Ну привет, – сказал ей Салтыков.
Олива промолчала. Салтыков стоял с каменным выражением лица и неподвижным, мертвенно-стеклянным взглядом вперился ей в лицо. Только по тому, как дёргался мускул на его щеке, было видно, что внутри он кипит.
– Ну, что скажешь?
