Она достала из сумочки электронный ключ, приготовившись открыть дверцу, и только сейчас обнаружила, что блокировочная кнопка не нажата. Какая же она растяпа! Всю ночь ее машина простояла с незапертой дверцей.
Эбби открыла дверцу и… попятилась. Из салона ей в ноздри ударило волной зловония. Еще отвратительнее был его источник. Гниющие внутренности кольцами обвивали рычаг переключения передач и осклизлой лентой тянулись к рулевому колесу. Пассажирское сиденье покрывала искромсанная, вздувшаяся масса непонятного происхождения. А на водительском сиденье, прямо на подушке лежало… окровавленное сердце.
Адрес привел его в Дорчестер – задрипанный район на юго-востоке Бостона. Остановившись в нужном месте, он смотрел на приземистый дом, напоминавший ящик. К дому примыкала заросшая лужайка. К стене гаража было приделано баскетбольное кольцо, куда пытался забросить мяч мальчишка лет двенадцати. Все мимо. Мальчишке явно не светил грант на занятия в баскетбольном клубе. Ворота гаража были полуоткрыты. Там стояла старая, давно отъездившая свое машина. Судя по такой рухляди на колесах и обшарпанному дому, материальная помощь здесь очень бы пригодилась.
Человек вылез из машины, перешел улицу. Когда он достиг подъездной дорожки, мальчишка вдруг затих. Он стоял, прижимая к груди мяч, и с явным подозрением смотрел на незнакомца.
– Я ищу дом мистера Флинта, – сказал тот.
– Это он и есть, – ответил юный баскетболист.
– Твои родители дома?
– Только па. А в чем дело?
– Скажи, что к нему приехал кое-кто и хочет поговорить.
– А вы кто будете?
Человек протянул мальчишке визитную карточку. Тот равнодушно пробежал ее глазами и попытался вернуть.
– Ты лучше покажи отцу.
– Сейчас, что ли?
– Да, если отец не занят.
– Понятно.
Мальчишка скрылся за раздвижной дверью. Вскоре вышел брюхастый хмурый мужчина.
– Меня ищете?
– Да. Здравствуйте, мистер Флинт. Меня зовут Стюарт Сассман. Я работаю в юридической фирме «Хокс, Крейг и Сассман».
– И что дальше?
– Насколько я знаю, полгода назад вы лечились в клинике Бейсайд.
– Было такое. Попал к ним после аварии. Въехал в меня один лихой парнишка.
– И вам пришлось удалить селезенку. Это так?
– Как вы все это разнюхали?
– У меня работа такая. Я, мистер Флинт, действую в ваших интересах. Вам ведь сделали серьезную операцию.
– Иначе бы я помер. Так мне сказали. Значит, серьезную.
– И одним из врачей, лечивших вас, была ординатор Эбигайл Ди Маттео?
– Точно. Каждый день меня осматривала. Очень приятная женщина.
– А она или другие врачи рассказывали вам о последствиях удаления селезенки?
– Говорили. Они говорили: надо беречься, а не то можно схлопотать какую-нибудь инфекцию.
– Не какую-нибудь, а смертельно опасную. Они вам об этом говорили?
– Вроде да… Сейчас уже не помню.
– А врачи не упоминали о случайном травмировании во время операции?
– Это как?
– Скажем, скальпель выскользнул из руки хирурга, задел селезенку. Началось сильное кровотечение.
– Нет. – Флинт подался вперед, тревожно глядя на Сассмана. – Никак со мной такое было?
– Этого я пока не знаю. Нам всего лишь нужно ваше согласие на получение вашей карточки.
– Зачем?
– Мистер Флинт, в ваших же интересах убедиться, что поводом для удаления селезенки действительно послужила травма после аварии, а не ошибка хирурга. Если же селезенку вам удалили по ошибке, это называется нанесением ущерба здоровью пациента. В таком случае вы имеете право на компенсацию.
Мистер Флинт молчал и смотрел на сына. Мальчишка внимательно слушал разговор взрослых, хотя вряд ли что-то понимал. Потом мистер Флинт посмотрел на ручку, которую протягивал ему Сассман.
– Говоря о компенсации, я имел в виду деньги.
Мистер Флинт взял ручку и поставил свое имя.
В машине Сассман убрал подписанное заявление на выдачу медицинских документов в портфель, затем достал список. Там значились имена и фамилии еще четверых бывших пациентов, чьи подписи он рассчитывал получить. Вряд ли с ними будут проблемы. Алчность и желание отомстить – комбинация очень сильная и действенная.
Вычеркнув Гарольда Флинта из списка, Сассман завел двигатель.
– Свиное сердце. Скорее всего, его подбросили в машину ночью, и оно весь день жарилось внутри закрытого салона. Я до сих пор не могу полностью вытравить вонь. Чем только не брызгала.
– Он решил поиздеваться над тобой, – сказала Вивьен Чао. – Такое нельзя оставлять без ответа.
Эбби и Вивьен вошли в вестибюль Массачусетской клинической больницы и направились к лифтам. В воскресный полдень здесь было не протолкнуться от посетителей. Они едва втиснулись в большую кабину общего лифта. Над головами покачивались разноцветные воздушные шары с пожеланиями скорейшего выздоровления. Когда двери закрылись, в воздухе отчетливо запахло гвоздиками.
– У нас нет никаких доказательств, – вполголоса заговорила Эбби. – Мы не можем заявить, что его наемники изгадили салон машины.
– А кто еще мог сделать такое? Кто фабрикует судебные иски против тебя? Он настолько распоясался, что толкнул тебя, не побоявшись свидетелей. Говорю тебе, Ди Маттео: тебе тоже пора подавать иски. Нападение. Кошмарные угрозы.
