– Сейчас все будет, мистер Ройкрофт! – говорю я с ухмылкой и, кивнув Гарретту, отправляю его за льдом.
Парень глазеет на меня, и неясно, чего в этом взгляде больше – удивления или злости.
– Ничего странного, – говорю я. – У тебя фамилия на куртке.
– Ах да.
– Ну что ж, будем именовать друг друга по фамилии.
– Но я не знаю твоей.
– Не знаешь, точно. И не узнаешь. Здорово, а?
Я осматриваюсь, пытаясь понять, что здесь и как. Но детали не складываются в картинку. Какое-то нелепое нагромождение признаков богатства. Штабель ноутбуков, множество игровых приставок. Зачем ему столько? По стенам разные спортивные реликвии – подписанные шлемы, майки, мячи. А в конце коридора – прозрачный ящик с гигантской, взглядом неохватной ЗМЕЕЙ!
Я беру себя в руки: чтобы успокоиться, глубоко вздыхаю, как это делает Индиана Джонс. В этом я похожа на него, равно как и в умении работать хлыстом. Но это, ребятишки, уже другая история.
Я поворачиваюсь к хозяину дома. Он сидит на кожаном диване, все еще держась за плечо.
– Ну и что это за барахло? – спрашиваю я.
Несмотря на обессиленный вид, парень выдавливает из себя холодную улыбку.
– Это активы, которые я приобрел. Совершенно честным и законным образом.
Алисса подходит к нему.
– А разве ты честно завладел грузовиком моего дяди? – спрашивает она.
– Конечно! – отвечает он, крайне озадаченный тем, что его могли заподозрить в подлоге. – У меня все бумаги на руках.
– Ты воспользовался обстоятельствами, – не унимается Алисса.
– Цена на воду поднялась, – защищается парень.
– Только не говори, что это моя вина.
Пальцы у Алиссы автоматически складываются в кулак, и она явно готова нанести этому типу дополнительные увечья. Я бы раскошелилась, пожалуй, чтобы посмотреть.
– Он сам ко мне пришел, – говорит тип, искренне обиженный обвинениями в свой адрес.
Тем временем Келтон постепенно теряет терпение.
– Вода здесь вся заражена. На кой черт копить этот мусор, если ты все равно заболеешь, как и все. И отбросишь коньки.
– Я не пью зараженную воду, – отвечает хозяин дома. – У меня собственные средства борьбы с обезвоживанием.
– Так ты из дома не выходишь? – спрашивает Келтон, начиная понимать, что к чему. – И не знаешь, что делается в других домах?
Да, это так. Этот маленький принц с самого момента отключения воды жил на своей собственной планете.
– Так почему ты здесь один? – спрашиваю я.
– Родители уехали в круиз, а меня оставили следить за домом. Сейчас они где-то посреди Атлантического океана, а то бы давно были дома.
– Повезло им, – говорю я.
Гарретт тем временем приносит небольшой пакет льда, и хозяин прикладывает его к вывихнутому суставу.
– Ты что, совсем не смотришь новости? – интересуется Алисса.
Хозяин качает головой:
– Телевизору требуется слишком много электричества. Генератору тяжело.
Он ведет нас в гостиную, которая напоминает, скорее, домашний кинотеатр, где висит шестидюймовый экран. Включает, и тотчас же свет ламп становится тусклым – все верно, генератор не справляется. Келтон тем временем берет пульт и находит канал местных новостей. Но там – лишь вертикальные цветные полосы. Другой местный канал – тот же результат.
Мне хочется верить, что все дело в провайдере, а не в передающих станциях.
Келтон перескакивает на федеральное телевидение, и мы, наконец, можем посмотреть новости. Но лучше бы мы не смотрели – то, что мы и без телевизора знаем, в цветном изображении с хорошим разрешением кажется ужасным.
На экране – карта Южной Калифорнии, и вся наша часть штата обведена кружком, словно над ней завис ураган. По низу экрана бегут слова «Зона отключения, вызванного исчерпанием водных ресурсов». Наверное, в других штатах народ развлекается, читая эту надпись. Я сама так раньше воспринимала сообщения о катастрофах в других частях света, но теперь я – в эпицентре.
Я смотрю на своих спутников, и вижу, что они так же потрясены, как и я – включая хозяина.
– Наконец-то это случилось, – говорит Алисса, – и весь остальной мир заметил и принял всерьез то, что у нас происходит.
– Опоздал весь твой остальной мир, – замечает Келтон.
И он прав. Разве можно целую неделю раскачиваться, прежде чем мобилизовать серьезные ресурсы на борьбу с катастрофой такого масштаба? Репортажи сменяют друг друга с молниеносной быстротой, сливаются в единый поток, и мозг мой уже отказывается их воспринимать.
