– Придет тот, кого ты не ждешь, – проговорила гадалка, тыкая в карту длинным острым ногтем. – Он несет смерть! – продолжала она, выкладывая рядом изображение оскалившегося скелета с косой. – Тебе предстоит борьба с дьявольскими силами! – заключила цыганка, закончив этот «веселенький» ряд рогатым чудищем, вписанным в перевернутую звезду.
Несколько секунд она сидела, нахмурившись, затем быстро смешала карты, встала и принялась что-то искать в одной из шкатулок, расставленных на столе.
Надо заметить, что я не был впечатлен заключительным пассажем гадания. То, что сказала Тшилаба, казалось мне слишком уж обобщенным. Подобное можно предречь любому следователю, выслеживающему убийцу, особенно если жертв несколько. Я слегка расслабился, решил, что напрасно возомнил, будто цыганка действительно может видеть будущее. Она показала мне спектакль, и не более того.
– Возьми это, – сказала Тшилаба, протягивая мне странный амулет, больше всего напоминающий засушенную мышиную голову с кожаным шнурком, прикрепленным к ней.
Я сидел неподвижно и с недоумением глядел на талисман, раскачивающийся перед моим лицом. От этой вещицы ощутимо несло чесноком. Она была жуткой, омерзительной, и меньше всего на свете мне хотелось прикасаться к ней.
– Ну! – требовательно воскликнула старуха, тряхнув амулетом.
«Господи, что за дикость?!» – пронеслось у меня в голове.
Затем я преодолел отвращение, протянул руку и взял у цыганки талисман.
Тшилаба сразу направилась к выходу и приподняла полог, предлагая мне выйти. Я встал, пошарил в кармане, достал оттуда немного мелочи. Цыганка не возражала, когда я положил монеты рядом с канделябром, хотя даже не взглянула на них.
Я вышел на улицу, а Тшилаба осталась внутри. Негр, дежуривший у входа, тут же юркнул в шатер.
Я заметил, что возле костра, где сидел барон, собралось изрядное количество народа. Множество любопытных глаз уставилось на меня. Кажется, цыгане что-то обсуждали, но при моем появлении замолчали.
– Ну и что? – поинтересовался доктор, когда я подошел к пролетке. – Выяснили что-нибудь полезное?
Я молча покачал головой.
– Вы что-то бледны, – заметил Мериме с легким беспокойством. – Вы ничего там не пили, не ели?
– Нет, – отозвался я, – только слушал.
– И это так на вас подействовало?
Я видел, что он воспринимает произошедшее как забавное приключение, но у меня на душе после визита к гадалке остался неприятный осадок.
– Нам пора, – сказал я, забираясь в экипаж.
Мериме сел напротив. Цыгане следили за нами взглядами. Никто не проронил ни слова.
– В Кленовую рощу, – сказал я кучеру.
Мы покатили прочь от странного табора, где не было веселья, жили негр и жутковатая предсказательница, не стремящаяся вытянуть из клиента побольше денег.
Покачиваясь на рессорах, экипаж свернул налево, подпрыгнул на ухабе, вошел в колею и поехал почти ровно.
– Вижу, что цыганка не посулила вам ничего хорошего, – заметил доктор. – Наверное, вы ей не понравились, вот она и решила нагнать на вас страху.
Я с сомнением покачал головой.
– Мне кажется, она верила в то, о чем говорила.
– А именно? – поинтересовался Мериме.
– Если верить картам, нам предстоит встретиться с незнакомцем, несущим смерть. Как я понял, это будет некое сверхъестественное существо, если не сам дьявол.
– Вот как?! – Мериме усмехнулся. – Поздравляю, Петр Дмитриевич, вы добились большого успеха. Вначале у вас ходили в подозреваемых вампиры, а теперь виновником убийств оказался сам сатана. Браво! – Он расхохотался. – Нет, мне определенно придется поить вас настойкой ромашки! – проговорил доктор, снял очки, сползшие на нос, и что? Правильно, он принялся протирать их.
Я понимал, что Мериме не столько веселится, сколько пытается убедить меня в несерьезности предсказаний цыганки. Я был ему благодарен за это и даже вежливо улыбнулся, чтобы показать, что тоже не придаю словам гадалки большого значения, однако не избавился от плохого настроения до самой Кленовой рощи. Насмешки Мериме не убедили меня. Я чувствовал, как вокруг убийств затягивается какая-то сверхъестественная сеть, становится все плотнее и явственнее. Главное – не попасть в нее, проскользнуть между ячейками, оставить убийцу трепыхаться в собственном неводе.
До деревни мы ехали молча. Я был погружен в свои мысли, а Мериме курил трубку. Временами на его лице появлялась легкая улыбка. Похоже, он воспринял наш визит к цыганам всего лишь как забавное приклю-чение.
Я хотел бы разделять его веру в материальность всего нашего мира, так же смело отбрасывать все, что нельзя доказать экспериментально. Но мне по долгу службы приходилось не раз сталкиваться с вещами, не объяснимыми законами физики, биологии или химии – по крайней мере не на современном этапе развития этих наук. Поэтому я не мог отделаться от ощущения, что существа и явления из другого, потустороннего мира незримо соседствуют с нами. Наверное, узнай Мериме о том, что его спутник верит в чудеса, он припомнил бы господина Фройда.
Когда мы уже въезжали в деревню, кучер, ерзавший всю дорогу на козлах, наконец выпалил:
