— Ты заставляешь меня нервничать. Заканчивай рассказ.
— Амарада начал посылать его на миссии в Атар.
— Ты шутишь.
— Нет.
Атар, родной мир вампиров, был пустошью, по крайней мере, так говорили. Демоны захватили его много веков назад. Опасное, уродливое место, куда можно попасть только через несколько известных порталов. Связаться с этим миром можно только через гонца. Получить подкрепление или дополнительные припасы — или медицинскую помощь — было бы непросто. Это, по сути, смертельная ловушка.
Джодари добавил:
— Это продолжалось много лет, очень много лет, прежде чем Кир порвал с ней. Почему он продолжал это делать так долго, я не знаю. Гордость? В любом случае, когда он отказался от миссии, назвав это пустой тратой времени, Амарада назвала его трусом перед всем двором. Он назвал её сукой.
— Я бы назвала её и похуже.
Уголок рта Джодари дёрнулся.
— Знаешь, большинство вампиров поддержали бы Кира, если бы он претендовал на трон, но это означало бы войну. Кир не хочет убивать вампиров, он хочет убивать демонов.
— Потому что они убили его мать, — вставила Мира.
Вот что она хотела сказать ранее. Эта ранняя травма стала причиной того, что он сформировал Тишь, и причиной, по которой он работал в ВОА. Это должно было быть в его личном деле. Она должна была знать об этом с самого начала. По профессиональным причинам. И по личным. Она пожалела, что он не сказал ей.
Джодари ответил на её вывод, отсалютовав пивной бутылкой.
Мира не унималась.
— Ты когда-нибудь действительно думал, что он и Тишь ведут какую-то подрывную работу? Я имею в виду, именно поэтому ты привлёк меня к делу. И всё же… Я могу сказать, что ты уважаешь его.
Джодари пожал плечами.
— Они вели себя странно. И Кир, возможно, и не хотел начинать войну, чтобы уничтожить Амараду, но меня? Он мог захватить ВОА. Я знал, что это рискованно, когда привлекал его к делу.
— Значит, на самом деле ты думал, что он может замышлять что-то против тебя лично. Ради всего святого, Джодари.
— Эй, я вырос при дворе со всеми его тёмными делишками, — возразил он, оправдываясь. — Мне не чужда паранойя. И… Я скучал по тебе.
Мира фыркнула от смеха и покачала головой.
— Знаешь, ты мог бы навестить меня.
— И вернувшись, обнаружить, что Кира назначили временным директором? Я так не думаю.
— Он бы так не поступил.
Джодари бросил на неё взгляд.
— Не будь так уверена.
— Я собираюсь провести для вас двоих парную сессию.
— О Господи, нет, Мира. Я уж лучше снова подерусь с ним.
— Он надрал тебе задницу.
— Я ему тоже пару раз вмазал, — Джодари допил третье пиво и потянулся за бутылкой Миры, к которой она не притронулась. — Я не могу поверить, что ты позволяешь пиву согреться. Позор тебе. Но если серьёзно. Мира. Ребёнок, которого у меня никогда не было. Поговори со мной. Почему ты ушла?
— Можно мне забрать своё пиво? — она тянула время.
— Я принесу тебе новую бутылку.
Пока Джодари возился на кухне — скорее всего, чтобы занять себя, чтобы Мира могла подумать — она начала сдирать этикетку с одной из пустых бутылок. Ей требовалось время, чтобы переварить всё, что рассказал ей Джодари, но некоторые вещи были достаточно просты для понимания.
Преданность Кира своей работе.
Его стремление защитить её.
Джодари вернулся, поставил перед Мирой новую бутылку пива и забрал пустую. Он, поморщившись, сел на свой стул, держась за рёбра.
Мира отхлебнула пива.
— Я скучала по этому.
— Я знаю. Вот почему я и купил это пиво.
Некоторое время они сидели молча и пили.
Наконец Мира сказала:
— Я боюсь.
Правда всегда была правдивее всего в самых простых словах.
Джодари отхлебнул пива.
— Я знаю, малышка. Я знаю.
* * *
Кир сидел полупьяный в гостиной, когда услышал, как открывается лифт. Его сердце подпрыгнуло. Он вскочил с дивана и, пошатываясь, выбежал в коридор…
— Сайрен.
Его сестра, одетая в чёрное кашемировое пальто и тёмные узкие джинсы, бросила ручки своих чемоданов на колесиках так, что они со стуком упали на пол, и подошла к нему в сапогах на высоком каблуке.
— Боже мой, что с тобой случилось? Ты выглядишь так, словно тебя сбила машина! — она слегка отпрянула, когда подошла ближе. — И от тебя разит демонами!
Кир ещё не смотрел на себя. Судя по тому, как сильно болела правая сторона его лица, она, вероятно, была чёрно-синей от синяков. Джонус обработал рваную рану на его шее и наложил множество швов на левую грудь и плечо. По дороге домой Кир снова надел поверх повязки свою разорванную компрессионную футболку, намереваясь принять душ и переодеться. А потом…
Он не прошёл дальше бара.
Честно говоря, он думал, что просто добраться до дома — это уже дьявольски хороший результат.
— Сегодня ночью мы совершили налёт на дом, — сказал он отстранённо. — Мы нашли Ану. Живую, — добавил он с большим чувством, когда Сайрен судорожно вздохнула.
— Она… с ней… всё в порядке? Что случилось? О Боже, Кир, пожалуйста…
