Капитан запросил разрешения на стоянку в Сан-Ремо, и когда «Белла Рена» благополучно пришвартовалась, пассажиры сошли на берег, пообедали в одном из портовых ресторанов, съездили купить сыра, который шеф-повар Катринки собирался добавить в подливку, и снова вышли в море. Через час по просьбе Марка «Белла Рена» резко остановилась. Бросили якорь, и Марк, как бы желая продемонстрировать, что в его жилах действительно течет кровь викингов, приказал спустить на воду «Зодиак» и пятнадцатифутовый бостонский вельбот. Он сам, Рикардо, Рик, Пиа и Кристиан облачились в специальные костюмы и некоторое время катались на водных лыжах. Рикардо не очень любил воду и вскоре прекратил это занятие. Его примеру последовали Пиа, Рик, а затем и сам Марк, который знал, что если он не остановится, то Кристиан и подавно. Когда и Кристиан взобрался на борт яхты, Катринка взяла со стойки полотенце, велела ему повернуться к ней спиной и вытерла его насухо. Не часто ей выпадала возможность дотронуться до него, и она не могла устоять.
– Такой же холодной была вода в бассейне в гимназии в Свитове, когда я была девочкой. Я очень много плавала. И как же это я ненавидела! – сказала она, счастливо улыбаясь.
Кристиан повернулся, взял из рук матери полотенце, поблагодарил и поцеловал в щеку.
Обычно Кристиан не был щедр на такие проявления любви.
– Milacku, – пробормотала Катринка, касаясь его мокрых волос. – Ты очень хорошо катаешься на водных лыжах.
– Не так хорошо, как Марк, – согласился он нехотя.
– Благодарю за комплимент, – сказал Марк, сделав вид, что не заметил в нем зависти. – Ты осчастливил старика.
– Тоже мне старик, – сказал Рикардо. – Вы только послушайте его. Посмотрим, что ты заговоришь, когда тебе стукнет шестьдесят.
– Поживем – увидим…
Вскоре «Белла Рена» снялась с якоря.
– Пойду переоденусь, – сказала Пиа.
– Подожди. Я с тобой, – Кристиан кинулся за ней.
Катринка посмотрела им вслед и на минуту позволила себе порадоваться тому, как развивались их отношения. «Может быть, – с надеждой думала она, – я ошиблась, и Кристиан не сделает несчастной эту бедняжку».
«Какой красивый молодой человек, – подумал Рик с болью в сердце. – Настоящий самец. От таких ничего не дождешься, кроме неприятностей».
– Какая красивая пара, – сказал он вслух.
– Что значит молодость… – добавила Дэйзи.
К пяти вечера гости виллы «Махмед» разбрелись по своим роскошным спальням. Марго красила ногти; Дэйзи и Рикардо прилегли отдохнуть; Кристиан и Пиа занимались любовью; Катринка лежала в ванне.
– Была ли сегодня почта? – спросил Марк, закончив разговор.
Катринка открыла глаза и увидела его стоящим в дверях.
– Я не видела. Спроси Анну. – Он повернулся, чтобы уйти, но Катринка остановила его.
– Что ты думаешь насчет Пиа и Кристиана?
– То же, что и Рик: красивая пара.
– Ну и?..
Он вернулся в ванную, прислонился к стене и серьезно посмотрел на жену.
– Почему ты сразу не скажешь мне, что тебя беспокоит?
– Меня беспокоит, что они могут причинить боль друг другу. – Она вопросительно посмотрела на него.
– Катринка, я знаю, что ты склонна переоценивать мои таланты, но должен признаться, предсказание будущего – не мой конек…
– Но ты ведь можешь сказать, что думаешь об этом…
– Я думаю, что Пиа по уши влюблена в Кристиана… Полагаю, Кристиану это нравится. Скорее всего для Пиа это станет несчастной любовью, а Кристиан утешится с другой девушкой…
– Я тоже так думала вначале, – согласно кивнула Катринка. – Но сейчас в этом не уверена.
– Буду очень рад ошибиться. – Катринка открыла было рот, желая что-то сказать, но тут же снова закрыла его.
– Что? – спросил Марк.
– Так, ничего. – Она собиралась спросить Марка, нравится ли ему Кристиан, но решила, что это лишнее. Если он ему нравился, то и прекрасно; если нет, ей лучше не знать об этом, по крайней мере, сейчас.
– Пойду узнаю насчет почты… – Марк вышел из ванной комнаты.
Ополоснувшись, Катринка накинула шелковый халат и очень вовремя вошла в спальню: кто-то стучал в дверь. Марк лежал на кровати и говорил по телефону с Лондоном. Вокруг него, как обычно, были раскиданы газеты, блокноты, папки.
– Войдите! – сказала она.
Дверь отворилась, и на пороге появился слуга в белом пиджаке.
– Почта, мадам, – сказал он, протягивая небольшую пачку писем.
– Спасибо. – Катринка взяла у него письма. – Сообщите гостям, что ужин будет в девять часов.
– Хорошо, мадам.
Катринка просмотрела письма, раскладывая их на две стопки – для себя и для Марка. Помимо обычной корреспонденции она обнаружила два странных надушенных лавандой письма без обратного адреса.
«Катринке ван Холлен» – было написано на одном. Второе оказалось адресовано Марку.
– Эй! – воскликнула Катринка, когда Марк положил трубку. Она отдала ему его почту, в том числе и то самое загадочное письмо. – Если бы и мне не прислали точно такое же, я бы подумала, что кто-то пишет тебе любовные письма.
– От кого это? – спросил Марк.
– Штемпель английский, обратного адреса нет, – сказала Катринка, распечатывая свое. Когда до нее дошел смысл прочитанного, краска сошла с ее лица. Ей стало нехорошо, она была близка к обмороку.
