- Прошу, пересмотри увольнение Робби. Он может быть придурком время от времени, но на самом деле это моя вина. Честно, это я начала. Я завела его, когда влезла не в свое дело. Я была сукой, а он огрызался в ответ. Если кто и должен быть уволен, то только я.
Он долго смотрит на меня, у него напряженное выражение лица, брови сведены на переносице.
Затем я вижу на его лицо расслабление, что-то теплое мелькает в его глазах.
Он качает головой.
- Робби оскорбил тебя на глазах у всех. А ты после всего этого бежишь ко мне просить о помощи для него, предлагая взамен свое рабочее место?
Я сделала шаг вперед, поднявшись на ступеньку.
- Я никогда не была умной. - Я приподнимаю уголок губ в полуулыбке.
Подобие улыбки касается его глаз, а затем он снова становится серьезным.
- Еще раз так заговорит с тобой и пойдет прочь.
Я выдыхаю.
- Не заговорит. Спасибо.
Наши взгляды встречаются, и воздух между нами внезапно становится густым и наэлектризованным.
Я вижу, как это возникает в его глазах в тот же самый миг, когда и в моих - воспоминания о Барселоне. Я в его руках... он во мне.
Он делает пару шагов вниз, приближаясь ко мне. Все это время он не отрывает от меня глаз. Мой желудок переворачивается, как какой-то акробат.
Он останавливается в шаге от меня.
Мое сердце начинает вырываться из груди.
- Я скучаю по тебе. - Его голос такой низкий, настолько наполненный смыслом, что он крепко западает мне в душу.
Я делаю движение губами, выдыхая, чтобы начать говорить...
- Карр!
Я бледнею от звука голоса Сиенны.
Каррик поднимает взгляд к потолку и выражает досаду.
Момент испорчен.
Я делаю шаг вниз по направлению от него.
- Мне стоит отпустить тебя. И мне нужно вернуться и известить Робби о том, что у него пока еще есть работа.
Каррик смотрит на меня долгую секунду и затем резко кивает. Он поворачивается, и уходит, переступая через две ступеньки.
- Вот ты где, - слышу голос Сиенны. - Мне становится одиноко без тебя.
Я перестаю слушать и сбегаю по лестнице, и все это время мое сердце колотится как бешеное.
Когда я возвращаюсь в гараж, Робби все еще там и по-прежнему выглядит контуженным. Несколько пар глаз поднимаются на меня, в том числе и Робби.
Я подхожу к нему.
- Все в порядке. У тебя все еще есть работа.
Он расслабленно выдыхает.
- Черт подери... спасибо, Энди. - Он рукой проводит по своим волосам. - Слушай... мне правда жаль, что я все это наговорил.
- Не парься, - отмахиваюсь я. - Мне тоже жаль. Мне не стоило говорить этого о Петре. - Ей я тоже задолжала извинение.
- Ну, все равно. Ты спасла мою задницу, так что первый напиток сегодня за мной, ладно? - Он поднимает кулак.
- Ладно, - отвечаю я, ударяя по его кулаку своим.
Для меня это напряженная гонка, особенно когда у Каррика пробивает шину и он останавливается на пит-стопе. Ребята быстро производят замену и возвращают его на трассу.
Но после этого я не могу оторвать взгляд от экранов. Остаток гонки я на нервах.
Петра отвлекается от дел на кухне и спускается посмотреть гонку вместе со мной. Мне нужно сделать перерыв, мне необходимо в уборную, но я слишком боюсь двинуться, ведь мало ли что может случиться.
Затем мне становится плохо, мне хочется, чтобы я тогда сказала Каррику, что тоже соскучилась. Хочу, чтобы у нас все было в порядке, чтобы мы вернулись к тому, что у нас было до Барселоны. И тогда в голове начинают проигрываться все самые ужасные сценарии, в каждом из которых я необратимо теряю его.
Внезапно я чувствую жар, комната начинает кружиться.
- Эй, ты в порядке? - Петра прикасается к моему плечу.
Я поворачиваюсь лицом к ней.
После единственного взгляда на меня она говорит:
- Вставай. Давай выведем тебя отсюда. - Она ведет меня из гаража, взяв под руку.
Вместо того, чтобы отвести меня в уборную, она ведет меня в комнату Каррика. Удивительно, но от нахождения среди его вещей мне становится немного лучше.
Она сажает меня и дает попить воды.
- Спасибо. - Я пальцами обхватываю пластиковый стакан и делаю глоток прохладной жидкости. - Я не знаю, что произошло. Я просто почувствовала себя несколько странно.
Я не уточняю тот факт, что воспоминания об аварии моего отца перетекли в видение о том, как Каррик умирает точно таким же образом.
Раздается стук в дверь, затем она открывается и на пороге появляется дядя Джон.
Его взгляд следует от Петры ко мне.
- Я видел, как ты ушла. Все нормально?
- Да. Все хорошо. - Я улыбаюсь, чтобы успокоить его.
Он снова смотрит на Петру. Я знаю, что он остерегается сказать что-то в ее присутствии.
- Петра знает... об отце, дядя Джон. Я рассказала ей этим утром.
- Хорошо. - Он кивает. - Наконец хоть кто-то здесь это узнал. - Он улыбается мне. - Я не могу остаться. Мне нужно вернуться. Я просто хотел проверить, все ли с тобой в порядке.
- Спасибо, дядя Джон.
Я останавливаю его, когда он приоткрывает дверь.
- Как там справляется Каррик?
Он поворачивается ко мне.
- Действительно хорошо. - Его улыбка делается шире. - Он по-прежнему лидирует.
Это заставляет меня улыбнуться.