Жажда жизни полностью

На то, чтобы успокоиться, ушла вся дорога до дома. Я потратила всю силу воли на то, чтобы не вернуться в его дом закончить то, что мы начали. Возвращение домой мне не особо помогло, я все еще сама не своя.

Кит знает, что со мной что-то не так.

Джетт не разговаривает со мной, потому что я запретила забирать карт.

И я поцеловала Леандро Сильву.

Я поцеловала пациента.

Ох, боже.

Я роняю голову на кухонный стол. Слышу мягкий смех Кита, когда он заходит на кухню.

– Вина? – спрашивает он.

– Виски, – отвечаю я.

– Ох-ох. Должно быть, все плохо, раз ты перешла на виски.

Я поднимаю голову и вижу, как он достает бутылку «Джека» из буфета, где всегда хранится крепкий алкоголь «на непредвиденный случай», и два чистых стакана.

Садясь на стул напротив, он наливает виски в оба стакана и пододвигает один ко мне. Я опустошаю его залпом, наслаждаясь ощущением жжения в горле.

Он смеется. Поднимает бутылку и наполняет мой стакан снова.

– Хочешь поговорить об этом?

Наши взгляды встречаются.

– Я в дерьме, Кит. Серьезно.

– В последний раз, когда ты так говорила, ты была беременна Джеттом, и в итоге все закончилось хорошо, – он тычет в потолок, указывая на комнату Джетта прямо над кухней. – Даже более чем хорошо, даже несмотря на то что путь к этому был непростым.

Он ссылается на отца Джетта. Единственное, за что я могу быть благодарна тому мужчине, так это за прекрасного мальчика.

– Ты имеешь в виду опасный, каменистый и неровный путь?

Он мягко посмеивается.

– Слушай, что бы то ни было, Инди, оно не может быть хуже того, через что ты уже прошла. Ты знаешь, что можешь рассказать мне все. Я не осужу.

– Я поцеловала Леандро Сильву. Точнее, я позволила ему поцеловать меня, после чего поцеловала в ответ.

– И проблема в… докторе Уныние? – спрашивает он, приподнимая стакан и делая глоток.

– Нет. Ну, да. Но нет.

Черт! Дэн! Поверить не могу, что ни разу не вспомнила о нем. Это говорит только об одном. Нам пора порвать.

Кит смотрит на меня очень долго, а затем в его глазах я вижу озарение.

Он медленно ставит выпивку на стол.

– Он твой пациент, – это не вопрос.

Но я отвечаю рычанием и лбом снова упираюсь в поверхность стола.

Кит руками обхватывает мою голову. Затем заставляет меня посмотреть на него.

– Приму это за «да».

Освобождаясь из его рук, я сажусь и спиной прижимаюсь к спинке стула. Выдыхаю.

– Да.

Он хмурит брови, выражая беспокойство.

– Это нехорошо, Инди.

– Я знаю! – огрызаюсь я и тотчас же жалею. – Прости, – обращаюсь к нему.

Он кивает.

– Что это значит?

– Это значит, что, если в Совете медицинских профессий узнают об этом, я потеряю лицензию на практику. А если он заявит о нарушении профессиональной этики… по меньшей мере, я буду осуждена. В худшем случае… сяду за решетку.

– Леандро расскажет?

– Не думаю… но я нарушила правила. Не просто правила. Клятву как психотерапевта, Кит. Я должна рассказать Совету сама, признаться прямо сейчас.

– И потерять все, ради чего столько работала, из-за одного поцелуя с мужчиной, который был обо всем предупрежден?

– Все не так просто, – я роняю голову на руки. – Он мне нравится… – Я приподнимаю голову, взглядом встречаясь с Китом. – Я такая же, как Пол.

В его глазах вспыхивает злость.

– У тебя нет ничего общего с этим куском дерьма. Тебе было пятнадцать, когда он начал… физические отношения с тобой. Ты была маленькой. Приемышем. Нуждающейся во внимании, уязвимой. А он был гребаным опекуном. Ничего такого с Леандро ты не проделала. Он взрослый мужчина с благополучным прошлым и сложившейся карьерой.

Я медленно качаю головой.

– Может, все это и так, но если бы он был на сто процентов здоров, то я бы не лечила его.

– Никто из нас не здоров на сто процентов, Инди. И ты знаешь об этом. Ты можешь мне сказать, с чем помогаешь ему?

Я пальцем вывожу линии по деревянному столу.

– Ты же знаешь, что не могу.

– Кажется, ты уже нарушила правила, когда пошла к Леандро Сильве, так что, если расскажешь мне, вряд ли сделаешь хуже. Я правда могу помочь.

Делаю глубокий вдох. Я могу довериться Киту. Знаю, что могу. Ненавижу нарушать обещания, данные пациенту, но мне нужна помощь.

– После аварии… он страдает от ПТСР. Он не может сесть за руль, чтобы водить машину. Не способен участвовать в гонках. Я ему помогаю справиться вот с этим.

– Ладно… – кивает он. – Еще какие-нибудь сопутствующие зависимости?

– Он пил, но завязал достаточно легко. Он напивался, чтобы забыться, и использовал секс со случайными женщинами, чтобы почувствовать себя лучше.

– Звучит как описание практически любой современной знаменитости, – усмехается Кит.

– Не смешно, Кит.

– Верно, не смешно. Но он не сломленный в худшем понятии этого слова. Он страдает после кошмарной аварии, которая лишила его того, что он любил, и ему нужна помощь в обнаружении способа вернуться к тому, что было.

– И этой помощью стала я. Он доверился мне и ошибочно принял это за нечто иное. И из-за моих собственных к нему чувств я позволила этому случиться.

– Ты всегда слишком строга к себе, Инди. Судя по тому, что ты говоришь, он очень даже способен принимать решения сам. Ты не воспользовалась им.