– Ты никогда не была ябедой. Ты хорошая девочка. Наивная, добрая. Ни разу меня не сдавала, после любой нашей шалости брала вину на себя. Переживала за меня, хотя я совершенно не заслуживал этого.
Он явно путает меня с кем-то! При поступлении я сдала приемной комиссии другого абитуриента, который пользовался шпаргалкой. Его вывели с экзамена. Я не добрая, не хорошая и точно не наивная. Даже с Кириллом я ждала чего-то подобного, просто игнорировала знаки, щедро разбросанные для меня.
Грудь Юры почти вплотную прижалась к моей. Он глубоко вздохнул и почти вдавил меня в дверь, и в глазах потемнело от такой близости. Даже куртка не мешала чувствовать его, дышать с ним в такт, подгонять сердцебиение под его. Юра провел языком по нижней губе и задал последний вопрос:
– Уйдешь?
– Нет.
Юра смотрел на меня, и показалось, что он вот-вот даст волю своему внутреннему безумию – оно уже поселилось в его взгляде, но смиренно выжидало и даже виляло хвостом. Он держал своих демонов на цепи, но я видела, как они нашептывают ему что-то.
– Боишься меня?
– А должна?
Юра ухмыльнулся и убрал руки с двери, потирая покрасневшие костяшки. Мой вопрос он оставил без ответа, но я сама знала, что этот парень ничего плохого мне не сделает. Именно потому, что он вдруг резко открылся и показал мне то, что прятал от других, сделало его более реальным и от того совсем неопасным, а уязвимым. Разгадать бы каждый темный секрет Чудова. Что еще между нами случилось в прошлом, кроме сладкой ваты, сахарная горечь которой будто все еще чувствовалась на языке?
– Я разберу пакеты, а ты пока можешь осмотреться.
Последнее прозвучало уже со знакомыми хитрыми нотками.
Я разулась и позволила Юре снять и повесить мою куртку. Он пошел на кухню, а я двинулась в единственную комнату чуть дальше по коридору. Я быстро поняла, о чем предупреждал Чудов: в его квартире не было ни елки, ни гирлянд. Единственное, что имело хоть какую-то новогоднюю символику, это сложенные стопочкой самодельные открытки учеников пятого «А» класса на письменном столе. Рядом лежали тетради и учебники с методичками. Для практиканта мой загадочный друг детства уже староват, выходит, он работает в школе. Забавно. Это объясняет его активную вовлеченность в местную самодеятельность. Пошел преподавать, потому что любит детей?
Я погладила крышку закрытого ноутбука, прошагала пальцами по корешкам романов. Жюль Верн, Ник Перумов, Джоан Роулинг. Что ж, Юре нравятся приключения и магия. Уже неплохо. Справочников и руководств как похитить девушку нет. Хотя неплохо бы посмотреть последние поисковые запросы у него в браузере.
На стене висела единственная фотография. Куча детей и стоящий позади мужчина. Не парень. В брюках и рубашке Чудов выглядел взрослее, особенно окруженный выводком мелких учеников.
– В первый же год на меня повесили классное руководство, – сообщил Юра с порога. – А еще заставили участвовать в конкурсе «Учитель года».
Я даже не удивлюсь, если он его выиграл.
– В школе работаешь? – спросила я очевидное.
– Ага, до сих пор не пойму, как угораздило. В детстве терпеть учителей не мог, зато теперь мне по полной воздается за мое плохое поведение в прошлом. Карма. Не верь этим ангельским глазкам на фото. Дети – сущие дьяволята.
– Как-то не верится, что Юра Чудов был плохим парнем, – честно призналась я, вспоминая, как он отплясывал в костюме Деда Мороза.
– Видишь, мне удалось всех обмануть, даже тебя, Надя. Я был ужасен.
Это он хвалится сейчас? Как-то не впечатляет. Либо он до сих пор не вышел из образа и играет для меня роль плохиша. Боюсь-боюсь!
– И как? Тебе нравится преподавать? – Я взяла со стола один из учебников и открыла на случайной странице. Бинго. Снова зимняя тема. Рождество в англоговорящих странах. Никакой мистики, просто Юра совсем недавно загибал в этом месте уголки для удобства.
– Да. Хотя иногда надоедает страшно, когда у тебя два класса по одной программе идут. Становится скучновато преподавать одно и то же. Зато подготовки меньше.
– А на дому занимаешься?
– Время от времени. Но затея дурацкая. Одна из старшеклассниц в меня влюбилась. Ну или подумала, что влюбилась.
– Серьезно? И как ты это понял? Может, она просто уважала тебя очень, ну, как педагога. А ты принял эту симпатию за флирт?
– Ага, – нервно рассмеялся Юра. – И потому она попыталась меня поцеловать. Ты тоже из уважения учителей засосать пытаешься? Фу!
Он даже передернул плечами, представив себе что-то.
– Я – нет. У меня не было таких симпатичных репетиторов. Она намного младше тебя? Какой класс?
– Десятый.
Я принялась загибать пальцы, прикидывая, насколько все страшно.
– Примерно семь лет разницы, – сказала, показав ему пятерню и два отставленных пальца, но Чудов лишь вскинул брови. – Она ненамного младше меня так-то.
– Ты сейчас серьезно? Хотя забей, мне все равно другая девушка нравится.
От его пристального взгляда становилось не по себе, а признание кольнуло в сердце. Я же не ревную? Ну нравится ему кто-то, и что с того?
