Но Зейн не хотел сейчас думать ни о бывшей, ни о кузене, ни о Майлзах – да вообще ни о каких делах! Вовсе не это беспокоило его в этот вечер – провались они всей своей грязной компанией пропадом! Все его мысли были только об Эмили. А тут всё было сложно. Очень сложно.
Со всеми своими добытыми новостями он, светясь от счастья, отправился в особняк Доу. Майк, не хуже Ивана перед этим унюхавший произошедшие изменения в его отношениях с Эмили, поглядывал на него завистливо, когда провожал. Знал бы он, что завидовать было особо нечему.
Зейн думал, что застанет Эмили у Доу, хоть медведь ещё днём объяснил ему, что это семейство не в курсе их деятельности, они просто поставляли им кое-какие артефакты, разрабатываемые по индивидуальным заказам. Как и многим другим, желающим и имеющим возможность заплатить – особые разработки Доу ценились очень высоко и доступны были не каждому, ему ли не знать. А ещё семья Ромашки, не задавая лишних вопросов, помогала команде Эмили в особо сложных случаях, таких, как его отравление, например.
Но Эмили он в особняке не застал. Его вообще не пустили внутрь. Как пояснила вышедшая к нему Лилиан Доу – не пустил сам особняк.
Какого хрена?.. Из её слов выходило, что эта кривая махина обладала чем-то вроде разума?
Сначала он подумал, что его с какой-то неведомой для него целью обманывают. Но Зейн убедился в правдивости её слов тут же, как только она, отстранившись, пригласила его войти.
Дальше холла он так и не продвинулся. Куда бы и в какие коридоры не совался – раз за разом выходил к двери наружу. Ему недвусмысленно намекали о нежелании видеть в этом доме. Сам же особняк. И, похоже, даже не намекал, а посылал открытым текстом.
Почему вот только? Ведь чувствовал же он и пока приходил в себя, и когда шёл к Эмили некую доверительную связь с этим местом. Чувствовал! И только теперь понял, что непростую связь.
С другой стороны, особняк давал ему приют и поддержку на время лечения, ну и хватит, не гостиница всё же. Но он пришёл сюда, потому что это было единственное место, где он мог бы найти Эмили. Связаться с нею возможности не было, и номер Ивана почему-то молчал. Где они? Оставалось только ждать, когда они выйдут на него сами.
И это вымораживало.
Он уже сто раз пожалел, что побоялся разбудить её, уходя!
Он так жаждал этой новой встречи с Эмили. Новой во всех смыслах, ведь они стали парой по-настоящему. Ему хотелось кричать об этом на весь мир, а он не мог. Из-за её тайной деятельности не мог. Только Ивану и сказал, но тот посмотрел на него так, словно и до его слов давно об этом знал. Зато тигр, кажется, успокоился в отношении медведя окончательно.
Спал Зейн в эту ночь плохо. Всё думал, вспоминал, представлял...
Встал утром разбитым и раздражённым. Быстро собрался и поехал в офис.
Какого рожна он опять попёрся к особняку Доу, так толком и не понял. Какая-то призрачная надежда. Но Зейн ничего не мог с собой поделать – его тянуло сюда нестерпимо. Словно его сердце осталось там в пыльной комнате у камина, за этими кривыми и ощетинившимися на него стенами.
Бросил машину на стоянке и пошёл, даже не заходя в агентство, уже по ходу отметив, что в окнах приёмной горел свет – Ромашка была на рабочем месте. Нет, заходить в особняк он и не планировал, хотел просто мимо пройти. Теперь вот стоял и смотрел на это мрачное жилище семейства Доу.
Он начинал считать его привлекательным не так давно? Брехня! Сейчас это местечко отдавало жутью, а от самого особняка ощутимо несло холодом. Только хлопающих на ветру скрипящих ставень для пущей атмосферы не хватало.
Это чудовище снова было ему не радо...
Развернувшись, Зейн пошёл обратно к агентству. Внизу на входе поздоровался со встретившимися по пути ребятами. По их словам, Майк, несмотря на такую рань, тоже уже был на месте. Он как раз хотел поговорить с ним и поделиться своими переживаниями.
И уже у самой приёмной Зейн вдруг отчётливо почувствовал – она здесь. В офисе.
Эмили.
Он чуть дверь с петель не сорвал, буквально врываясь внутрь. Чёрт, и, кажется, напугал Ромашку!..
Она вся как-то сжалась и словно пыталась отгородиться от него одной из лежавших перед ней на столе папок.
И Зейну в очередной раз стало неловко.
Проклятье! Что он там вчера думал об извинениях и благодарности?
Попробовал хоть как-то исправиться, вначале всё же поприветствовав:
– Э-э. Доброе утро, Клер! – И только потом нетерпеливо спросил: – У нас посетитель?
– Кх-м. Доброе, мистер Ривендор. Посетитель? – Прочистив горло и поздоровавшись, переспросила она. – Нет... Вы кому-нибудь назначали?
Зейн в это время, нахмурившись, осматривал приёмную и принюхивался, словно надеясь обнаружить за кадкой с фикусом спрятавшуюся Эмили. Тигр внутри него настороженно замер. Всё в нём буквально кричало – она должна была быть где-то совсем рядом! Но даже запаха её он не слышал...
Неужели, чувства настолько его обманывали, и всё это было лишь отголосками его тоски и нетерпеливого ожидания их встречи? Он просто выдавал желаемое за действительное?
