– Ладно. Что? – Маркус стоял напротив нее, он выглядел сейчас точь-в-точь как образцовый Загородный Папочка, каким всегда и стремился выглядеть, в этой своей оксфордской рубашке и брюках хаки, но что-то в его фигуре вызывало сейчас ощущение бесконечной уязвимости и ранимости: то ли эти длинные, безвольно опущенные вдоль тела руки, то ли голая беззащитная грудь под расстегнутой рубашкой. Было почти невозможно сказать ему правду – и Кристина вдруг вспомнила, как Закари говорил, что человеческое тело прекрасно в своей гармонии и продуманности, потому что так много структур защищает сердце. Но на самом деле, поняла она, человеческое сердце нельзя защитить – никакие мускулы, никакие кости, ничто не может спасти человеческое сердце, если оно должно разбиться.
Кристина сделала глубокий вдох.
– Маркус… Я ездила на выходных в Грейтерфорд. И встречалась с Закари Джефкотом. И он сказал мне, что он и есть донор 3319. Нам не нужно подавать иск, чтобы выяснить это. Мы уже знаем ответ.
Маркус моргнул, потом еще раз, продолжая стоять абсолютно неподвижно, и на какое-то мгновение Кристина испугалась, что он сейчас упадет на спину, как картонная фигурка, как Плоский Стенли, встречающий учеников у входа в школу, которому дети в школе все время рисуют разные лица (и не только лица) и который очень похож на мужчину, но на самом деле только рисунок мужчины.
– Маркус… я понимаю, ты в шоке, и я знаю, что это ужасная новость, но это правда. Я хотела знать – и я узнала.
– Ты серьезно? – глухо спросил Маркус. Он бы в таком шоке, что буквально окаменел, и даже Мерфи, который все ждал, что Маркус его погладит, положил голову обратно на лапы, понимая, что происходит что-то не то.
– Да. Я серьезно, – просто ответила Кристина, – я могу рассказать тебе все с начала…
– Подожди. – Маркус поднял ладонь, останавливая ее. – Но ты же говорила… то есть ты не была в Джерси?
– Я не была в Джерси.
Маркус слегка дернулся, и Кристина поняла, что это сильно ранило его – она как будто всадила ему нож в самое сердце. Она видела, что это открытие – что она лгала ему – произвело на него, пожалуй, даже более сильное впечатление, чем сообщение о том, что Закари является их донором.
– А Лорен? Она была с тобой?
– Да, мы вместе ездили.
– И как вы туда добрались? Где вы остановились?
– Я была за рулем. Мы сняли номер в отеле рядом с тюрьмой. – Кристина подумала, что Маркус задает сейчас эти, в общем-то, бессмысленные вопросы потому, что ему страшно говорить о главном.
– В отеле? Где? Где-то за пределами Филадельфии?
– Колледжвилл. Это пригород.
– Значит, когда мы говорили с тобой по телефону – ты на самом деле была в номере отеля рядом с тюрьмой?
– Да.
Маркус снова дернулся, раненый во второй раз, но она ничего не могла поделать – вынуждена была его добивать.
– А Лорен сказала Джошу, куда вы едете?
– Да, – пришлось признать Кристине, – Маркус… прости, что я солгала тебе. Я знаю, это плохо, неправильно, и мне очень, очень жаль. Но давай лучше поговорим о том, что мы узнали, о том, что он наш донор. А он – действительно наш донор. Он сам сказал мне, это совершенно точно. Он не знал, кто я…
– А что ты ему сказала? Что ты сказала – кто вы такие? – Маркус морщился, как от боли, хотя голос его звучал ровно, а вопросы были разумные. Кристина даже подумала, что именно поэтому он так успешен в работе: он может полететь туда, куда нужно, выяснить, в чем проблема, с помощью вопросов – и найти правильное решение. Вот только в данном случае правильного решения проблемы не существовало.
– Я назвала ему свое настоящее имя, но не сказала, какая у меня цель. Он не знал и не знает, что он наш донор.
– Так ты с ним действительно встречалась? – Глаза Маркуса стали похожи на два голубых мраморных шарика. – Ты отправилась в тюрьму и встретилась там с серийным убийцей?
– Он не серийный убийца, его причастность к другим убийствам не доказана…
– Ты что, издеваешься надо мной? Или я плохо слышу?! – Маркус сделал шаг назад, совершенно ошеломленный. – Так ты встречалась с серийным убийцей наедине?!
– Со мной была Лорен…
– Лорен была с тобой, и вы с Лорен встречались с серийным убийцей, и ты выяснила, что он – наш донор. Интересно, как? Ты его прямо взяла и спросила?!
– Да, я…
– Или ты его обманула? Ты говорила ему, кто ты на самом деле и что хочешь узнать? А удостоверение? Ты предъявила настоящее удостоверение? – Маркус смотрел на нее с нарастающим недоверием.
– Теперь мы знаем ответ на вопрос, правда в том, что…
– А с чего ты взяла, что он сказал тебе правду? Он мог и соврать! Этот человек преступник, он серийный убийца! – Маркус затряс головой, все еще пребывая в состоянии шока.
– Он не врал. Ему незачем было врать. Он даже не хотел мне говорить – я из него это вытащила.
– Не могу поверить. Не могу поверить. Это вообще не похоже на тебя! Ты же никогда ничего подобного не делала!
