— Сбоку зацепил, — тут же поправила Кара, шагнув ближе. — Бей прямо вниз. Руки расслабь, кисть не выкручивай.
Тим кивнул, вдохнул поглубже и ударил снова. На этот раз звон металла прозвучал чище. Кара чуть заметно кивнула, и они продолжили.
С каждым ударом Тим всё лучше ощущал ритм: раскалённый прут остывал быстро, и нужно было спешить, чтобы придать ему форму. Так прошёл почти весь день. Кара то молча следила, то бросала короткие замечания, если он слишком промахивался. К обеду у них вышли несколько грубых скоб и крюков — ничего сложного для мастера, но для Тима каждый удар был испытанием.
Когда руки уже гудели от усталости, Кара отложила последнюю заготовку — изогнутую полосу, которую они выковали вместе, — и посмотрела на шлем, лежавший в стороне.
— Для начала сойдет, — сказала она, смахнув пот со лба тыльной стороной ладони. — Но до твоего шлема ещё далеко. Сплав там сложный, на нём не учатся. И… — она замялась, глядя на трещину, — это ведь память об отце, да?
Тим кивнул, отведя взгляд.
— Тогда готовься, что это займёт время. Может времени и не хватит — продолжила Кара. — Ошибёшься — и всё, конец изделию. Так что бей железо дальше. Если всерьёз настроен — завтра жду утром. Опоздаешь — сам виноват.
Тим поставил молот на стол и коснулся шлема, проведя пальцем по ободу.
— Приду вовремя, — тихо сказал он.
Кара фыркнула — уже без привычной насмешки. На миг в её глазах мелькнуло что-то мягкое, почти тёплое, но она тут же отвернулась и принялась убирать инструменты.
— Ладно, — бросила она через плечо. — Зима у нас долгая. Может и успеешь, кто знает.
Тим слабо улыбнулся. В голове уже крутились мысли: не только о шлеме, но и о том, как использовать это время, чтобы развить свою магию огня. Конечно, он не собирался показывать её здесь.
Они вышли из кузницы почти одновременно. Снаружи ветер ударил в лицо, напоминая, что зима в этих краях не знает пощады. Кара натянула капюшон и, не оглядываясь, зашагала к дому, лишь мельком махнув рукой. Тим прижал шлем к боку, глубоко вдохнул морозный воздух и вдруг понял: у него наконец-то появилась цель на эти месяцы. Пусть работа будет тяжёлой, но если он вернёт шлему былую силу, то и сам станет сильнее.
Прошла неделя с тех пор, как Тим впервые вошел в ворота горной деревни. Теперь он стоял у горна в кузнице, внимательно следя за раскалённой заготовкой для наконечника стрелы. Металл медленно менял цвет — от тёмно-вишнёвого к яркому оранжево-красному, будто дышал под его взглядом.
— Пора, — пробормотал Тим себе под нос и одним плавным движением подхватил заготовку щипцами.
Он перенёс её на наковальню и принялся за работу. Молот в его руках двигался чётко, почти музыкально — три удара по центру, один сбоку, поворот, ещё два удара. Тим чувствовал ритм, которому научила его Кара: не торопиться, но и не медлить. Заготовка послушно сужалась, вытягиваясь в острие. Металл начал тускнеть, теряя жар, и Тим замер, выжидая. Его взгляд скользнул к горну. Лёгкое движение пальцев — едва заметное, почти инстинктивное — и пламя в угольях взметнулось выше, ярче, словно повинуясь его воле. Он больше не трогал меха — они лежали в углу, ненужные. Огонь стал его инструментом.
Тим снова погрузил заготовку в пламя, удерживая его на грани — яростная сила, под точным контролем. Как злая собака на поводке. Чуть расслабишься, и вот уже не ты управляешь ситуацией, а она тобой. Вытащив металл, он несколькими точными ударами завершил форму и опустил наконечник в бочку с водой. Раздалось шипение, пар взвился вверх, обдав лицо влажным теплом. Тим выудил остывшее изделие и поднёс к свету, придираясь к каждой линии. Острый, прочный, и даже похоже, с балансом всё хорошо. Наконец-то получилось то, что нужно.
— Любопытно, — голос Кары вырвал его из сосредоточения. Она стояла в дверях, скрестив руки, и смотрела на него с лёгким прищуром. — Ты что, фокусник?
Тим вздрогнул, и пламя в горне тут же опало, словно устыдившись чужого взгляда.
— Я просто… — начал он, но запнулся.
— Никогда такого не видела, — перебила Кара, шагнув ближе. — Там, откуда ты пришел, все такие?
— Нет, — Тим отвёл взгляд, чувствуя, как щёки начинают гореть не только от жара кузницы. — Там таких не очень не любят. Просто баловство, не обращай внимания.
— Баловство, говоришь? — Кара хмыкнула, взяв наконечник из его рук. Она провела пальцем по острию, прищурилась, проверяя баланс. — Пятый за сегодня, и каждый лучше прежнего.
Она бросила изделие обратно Тиму с лёгкой усмешкой.
— Может, с твоими фокусами через пару лет от твоих поделок не будет разить кустарщиной за версту. Этот, по крайней мере, уже не на помойку.