По толпе прошел тихий вздох облегчения, смешанный с тревогой. Три дня отсрочки была лучше, чем ничего, но где взять больше за такой короткий срок?
Он повернулся к своим спутникам и сделал едва заметный жест. Четверо из них начали собирать корзины с подношениями, двое других подошли к краю площади, где уже собрались деревенские дети.
Один из культистов достал из мешка маленькие деревянные фигурки.
— Дар от Ордена самым младшим, — объявил культист мягким, располагающим голосом. — Символ нашей заботы и защиты. Носите их с гордостью, и Вечный Огонь будет охранять ваши сны.
Дети принимали амулеты с смесью страха и любопытства. Родители смотрели молча, некоторые с тревогой, но не смели вмешиваться.
Малахи подошел к Мойре и что-то тихо сказал ей. Женщина слушала с непроницаемым лицом, лишь крепче сжимая посох. Наконец она кивнула.
Собрав подношения, процессия покинула деревню так же размеренно, как и пришла. Малахи шел последним, обернувшись на пороге деревни, чтобы окинуть взглядом собравшихся. Его взгляд на мгновение задержался на Тиме, и юноше показалось, что в нем мелькнуло нечто странное — не угроза, но что-то похожее на узнавание, на особый интерес, который он не мог объяснить.
Когда культисты скрылись за поворотом дороги, напряжение в деревне начало спадать. Люди заговорили, сначала тихо, потом всё громче. Кто-то плакал от облегчения, кто-то ругался сквозь зубы. Группка молодых людей стояла в стороне, с восхищением глядя вслед ушедшей процессии.
— Видели, как Эрик управлял огнем? — восторженно шептал один из них, подросток лет пятнадцати. — Настоящее пламя, прямо на ладони!
— Они учат этому всех, кто приходит к ним, — подхватил другой.
Тим подошел к Мойре, которая тяжело опустилась на скамью у колодца. Её лицо выглядело измученным, словно этот час отнял у неё последние силы.
— Что он вам шепнул? — Тим подался вперед. — В самом конце?
Мойра подняла взгляд — в её усталых глазах мелькнула тень.
— Сказал, что если не соберем полную десятину до новолуния, то, как он выразился, "нарушим равновесие", — она фыркнула, кривя губы. — И тогда, видите ли, Орден не сможет гарантировать нам защиту от… "несчастных случаев". Будто бы мы сами не понимаем, откуда эти случаи берутся.
Томас скрестил руки на груди и негромко присвистнул.
— Старо как мир! Сначала подожгут сарай, потом предложат охранять от пожара. За плату, разумеется.
— Эх, если бы всё было так просто, Томас, — Мойра покачала головой, поглаживая свой янтарный амулет. — Только ведь странное дело… как Орден появился, так и набеги с гор прекратились. И волки, что раньше до самых ворот доходили, теперь стороной обходят. — Она потерла висок. — Что-то в этих амулетах есть… что-то настоящее.
— А огонь на ладони? — Тим не скрывал любопытства. — Это тоже настоящее, или дешевый фокус, как Томас говорит?
— А кто ж его разберет, — Мойра усмехнулась. — Эрик-то всегда был хитрым парнишкой. Помню, как в детстве умудрялся яблоки из запертого амбара таскать — никто не поймал. Может, и научился чему у этих проповедников, кто знает.
К ним подковылял Хагон, вытирая красное от напряжения лицо рукавом.
— И где прикажете брать недостающее? — он развел руками, обращаясь ко всем сразу. — У нас что, из-под земли добро лезет? Если еще скота отдадим, то чем землю пахать будем — собственными руками?
— Может, у Гленнейри одолжим? — выкрикнул кто-то из толпы. — У них-то запасов поболе нашего!
— Ага, щас прям побежали давать, — буркнул Хагон. — Они свою десятину уже отдали, теперь на нас поглядывают — не пришли бы мы с протянутой рукой.
— А может, лошадей продадим? — предложила молодая женщина, качая на руках ребенка.
— Без лошадей мы как без рук! — закричал кто-то. — Совсем ума лишилась?
Крики нарастали, лица искажались от страха и злости. Тим стоял в стороне, наблюдая за всем этим с растущей тревогой. В груди скручивался тугой узел беспокойства. Что-то было не так с этим Малахи, с его вкрадчивыми речами, с тем странным взглядом, который он бросил на Тима напоследок. Что-то знакомое, опасное.
— А мы… — Тим шагнул вперед, когда спор немного притих. — Мы можем как-то помочь?
Бран, до сих пор державшийся в тени, вдруг подал голос:
— Я мог бы… — он прочистил горло, — …выследить оленье стадо в северных лесах. — Его глаза блеснули чем-то звериным. — Знаю тропы, которые людям не видны.
Но Томас решительно покачал головой, сжав плечо Тима так, что тот поморщился.
— Даже не думай, — процедил он сквозь зубы. — Наш путь лежит дальше, и ты это знаешь.
— Слушай, но они же в беде! — вырвалось у Тима. — Неужели просто пройдем мимо?
— А что ты предлагаешь? — Томас развел руками. — Остаться тут навсегда их защитниками? Кормильцами? — Он покачал головой. — Им нужно самим научиться решать свои проблемы. Уверен, если хорошенько поискать, найдутся и запасы, и возможность одолжить у соседей.
— А если не найдутся? — Тим шагнул ближе, понизив голос до шепота. — Если эти фанатики спалят тут все дотла, не ограничатся амбаром?