Тим, не дожидаясь "три", взялся за балку. Каждое движение отдавалось болью в опаленных руках, но физическая боль была почти облегчением после той бури, что бушевала в его душе.
— Еще немного… — процедил сквозь зубы Томас, лицо его побагровело от напряжения. — Вот так, держи… Почти…
Когда балка приподнялась, высвобождая ногу пострадавшего, Тим увидел лицо человека. Культист. Тот самый, который еще вчера готов был убить их за попытку проникнуть в библиотеку. Теперь его глаза, затуманенные болью, смотрели на них с недоверчивым изумлением.
— Почему… — прохрипел он, пока Томас, разорвав кусок своей и без того изодранной рубахи, начал перевязывать его повреждённую ногу. — Почему вы помогаете мне?
— Потому что ты ранен. — просто ответил Томас, затягивая узел. Его руки двигались уверенно, выдавая многолетний опыт полевых перевязок.
Культист хотел что-то сказать, но закашлялся, изо рта у него потекла струйка крови.
— Не разговаривай, — велел Томас. — Ребра, похоже, тоже повреждены.
Бран, уже пришедший в себя после столкновения с драконом, подошел к ним, неся на плечах еще одного пострадавшего культиста. Даже в человеческой форме его сила была впечатляющей — он нес взрослого мужчину так легко, словно тот был ребенком.
— Нашел его возле библиотеки, — сказал медведь, осторожно опуская раненого на относительно ровную площадку. — Еще несколько живых, но сильно придавлены. Нужна помощь.
— Я пойду, — кивнул Тим, направляясь за Браном.
— Осторожнее там, — предупредил Томас. — Стены еще обваливаются.
Тим кивнул и двинулся вслед за Браном, чтобы помочь с разбором завалов. Слова, движения, даже мысли — всё казалось механическим, словно он превратился в деревянную куклу, которую дергают за веревочки.
Они работали до рассвета, вытаскивая людей из-под обломков, не разбирая, кто культист, а кто нет. Боль и страдание уравнивали всех. Кто-то благодарил их, кто-то смотрел с недоверием, но никто не оказывал сопротивления. Враг теперь был один на всех.
Руки Тима кровоточили от острых камней и сломанных досок, но он почти не замечал этого. В какой-то момент он поймал себя на мысли, что это своего рода искупление. За его гордыню. За его слепую веру. За кристаллы, которые теперь были у дракона.
Когда небо на востоке начало светлеть, они устроили временный лагерь в уцелевшей части трапезной. Это было единственное помещение с целой крышей, которое могло вместить их всех. Стены были закопчены, но стояли крепко, словно огонь, охвативший монастырь, не посмел тронуть это древнее место.
Кто-то разжег костер из обломков мебели. Не Тим — он больше не хотел иметь дело с огнем, даже с самой обычной искрой. При виде пламени его руки начинали дрожать, а в ушах слышался драконий смех.
Всего они спасли около двадцати человек. Некоторые были серьезно ранены, другие отделались ушибами и ожогами. Трое не дожили до рассвета, несмотря на все усилия.
— Нужно организовать погребение, — тихо сказал Томас, глядя на тела, накрытые плащами. — И позаботиться о раненых. Кто-то должен сходить в ближайшую деревню за помощью.
— Я могу, — вызвался один из культистов, молодой парень с опаленными бровями. — Знаю короткую дорогу.
Томас кивнул, и парень, наспех перекусив, отправился в путь.
Они уже собирались немного отдохнуть, когда за обломками колонны послышался шорох и кашель. Томас мгновенно схватился за меч, его усталость как рукой сняло. Бран тоже напрягся, готовый в любой момент перекинуться в боевую форму.
Но из-за развалин появилась не угроза — а пожилой человек в запыленной, некогда белой рясе. Его седая борода была испачкана сажей, а на лбу виднелся глубокий порез, но глаза смотрели ясно и спокойно. В руках он держал какую-то потрепанную книгу, прижимая ее к груди, словно младенца.
— Брат Михаил! — воскликнул один из спасенных культистов, приподнимаясь на локте. — Создатель всемогущий, вы живы!
— Как видишь, Эрик, — сухо отозвался старик, осторожно пробираясь между обломками. — Библиотека защитила меня. Она всегда была крепче, чем казалась.
Он обвел взглядом собравшихся, задержавшись на Тиме, Томасе и Бране с некоторым любопытством, но ничего не сказав. Затем посмотрел на тела под плащами и еле заметно покачал головой.
— Проклятый дракон, — пробормотал он, тяжело опускаясь на уцелевшую скамью. Книгу он по-прежнему не выпускал из рук. — Я знал, что до этого дойдет. Всегда знал.
— Брат Михаил не одобрял решений Малахи, — пояснил Эрик, обращаясь к Томасу. — Он был здесь еще до того, как…
— До того, как ваш предводитель захватил монастырь и превратил его в свой личный оплот, — резко закончил Михаил. — Можешь не объяснять им, Эрик. Я сам прекрасно могу рассказать.
Он повернулся к Томасу и Тиму:
— Монастырь Красного Камня существовал веками. Мы хранили знания, записывали пророчества, изучали историю севера. Была у нас и библиотека, одна из лучших на этих землях. — Он ласково погладил книгу, которую держал. — А потом пришел Малахи со своими фанатиками…
Он осекся, покачав головой, словно не желая тратить силы на старые обиды.
— Кристаллы, — сказал он вместо этого. — Их украли, да?