— Я прекрасно сознаю, что эта задача мне не по плечу, Джульетта. Признаюсь, я не понимаю вашего образа жизни, Мне и недели не выжить на необитаемом острове, тогда как вы, возможно, провели бы там и целый год. Но как бы то ни было, я — солдат, и довольно неплохой. И мне не нравятся словесные поединки. Отправьте меня на поле боя, где есть артиллерия и кавалерия, и я буду отважно драться и выигрывать сражения для вас. Но если эти битвы происходят на море, то, честно говоря, здесь правила совсем другие, не те, которые я знаю и к которым привык. Вы намерены с честью сдаться, а враг все равно вас топит. Вы проигрываете битву, и на следующий день вас уже нет в живых, вы на дне морском. Исключительно по этой причине я даже не могу представить себе, какую нужно иметь силу духа и смелость, чтобы выйти под парусами из этой бухты, зная, что за горизонтом вас поджидают более крупные корабли с большими пушками, готовые разнести вас вдребезги. И я не могу принять ваши доводы, почему вы не желаете поддержать усилия короля, направленные на установление мира. — Сент-Клер помолчал и, не дождавшись ответа, продолжил:
— Как уже сказал, я пытаюсь вас понять, но вы, мягко говоря, не помогаете мне в этом.
Фонарь за окном отбрасывал круг света на экипаж, покачиваясь от бриза вместе с веткой, на которой он висел.
Время от времени свет падал на лицо Джульетты, и Вариан мог видеть ее глаза, пока она не отвернулась.
— Если честно, то временами я и сама не понимаю, — наконец призналась она. — Но когда я смотрю на пустой рукав моей матери и пустое место за обеденным столом, где обычно сидел мой дед, то никакие причины мне не требуются. Это и есть оправдание моих поступков, Вариан молча смотрел на девушку, сцепив руки и упираясь в них подбородком.
— Ну вот вам и объяснение, — сказала Джульетта. — Надеюсь, теперь вы понимаете, что ваша затея обречена на провал?
— Изменилось бы что-нибудь, если бы я сказал, что король и его министры намерены отменить все каперские свидетельства и что отказ от выполнения королевского приказа приведет к обвинению в пиратстве и государственной измене? И это будет распространяться на всю семью капера и на тех, кто плавает вместе с ним? Это будет означать, что вашего отца могут повесить, как простого вора, если поймают.
Джульетта улыбнулась:
— Сначала нужно его поймать, правда?
— Позвольте напомнить вам, — мягко сказал герцог, — что каждый может совершить ошибку, — И позвольте напомнить вам, что вы не в том положении, чтобы угрожать нам или указывать на наши ошибки.
Мы могли бы запросто высадить вас вместе с испанцами на необитаемый остров.
— А вы взяли меня на борт и содержали как пленника…
Или как заложника…
Она пожала плечами:
— В любом случае, ваша светлость, считайте, что поручение короля, каким бы оно ни было, отправилось на дно океана вместе с «Аргусом».
Джульетта Данте подняла руку и подала сигнал через окно экипажа. Вариан снова услышал шаги, и мгновение спустя двое крепких мужчин уже стояли у дверцы экипажа.
— Не советую вам делать глупости. Вы здесь под моей защитой, и вам будут оказаны все положенные почести. Но вы на острове, сбежать отсюда совершенно невозможно. Не делайте ошибок. Для этих людей убить вас — раз плюнуть.
Дверца экипажа открылась.
Джульетта вышла первой и, шепотом отдав какой-то приказ мужчинам, скрылась в доме, не оглянувшись на герцога,
Джульетта вошла в дом одна. Она шагала широко и сердито, шпага звенела, ударяясь о каблук. Вся семья собралась в гостиной. Из-за двери слышались громкие голоса. Джульетта постаралась успокоиться и придать своему лицу приятное выражение. Ведь сегодня у них праздник. Она едва не забыла об этом проклятом новом руле, над которым они с Ногом бились несколько месяцев. И теперь успех был бесспорным. Быстроходность и маневренность судна позволили ему быстро и незаметно подобраться к галеону. «Железная роза» подошла к «испанцу» с кормы, так что он не успел развернуться и дать бортовой залп из своих тяжелых орудий.
Джульетта открыла дверь и постояла на пороге. Она попала в другой мир. Привычная теплая атмосфера дома вытеснила в ее сознании восторг, испытываемый на просторах океана. Мускусный запах кожаных книжных переплетов и потрескивание огня в камине напомнили ей о часах, проведенных за приготовлением уроков, когда она училась чертить морские карты, узнавать звезды, рассчитывать скорость ветра и течения, готовить заряд пороха.
Когда ей исполнилось десять лет, к обычным урокам добавились часы обучения на борту «Мстителя», где девочка научилась применять на практике знания, почерпнутые из учебников. А в шестнадцать лет она уже могла проложить курс и провести корабль из одного пункта в другой с погрешностью всего в несколько лье. В восемнадцать Джульетта проявила свой характер в бою. Она перешагнула через груду мертвых тел и взяла на себя командование судном с тяжелыми пушками на борту.
Спустя два года Джульетта Данте уже стояла у штурвала своего собственного корабля, «Железной розы».
