Железная вдова полностью

Вот эта девушка после окончания битвы – протягивает мне руку поверх спинки кресла инь. У нее идет кровь носом, но она жива и надменно усмехается.

Вот она в комнате, озаренной светом большого экрана, – приставляет голову к дулу винтовки, храбрая до безрассудства посреди царящей вокруг паники.

Вот она испепеляет меня взглядом в шаттле, мчащемся по верху Великой стены. Наконец я могу разглядеть ее как следует. Она прекрасна, хотя глаза ее полыхают глубочайшей, чернейшей ненавистью.

Я прихожу в себя. Возвращаюсь к своему существованию. В мою реальность.

– Шиминь…

Беру его лицо в ладони. Мы с ним сейчас на ступеньках чего-то, похожего на Великую стену, какой я воображала ее в детстве, – в виде рукотворного дракона, ползущего по горным склонам. Жар огненно-красного неба рябит над головой. Мы убежали от эгуй, но по-прежнему слышим вдалеке их завывания.

– Цзэтянь… – На его губах появляется улыбка, от которой мое сердце улетает в облака.

Но по мере того, как во мне пробуждается осознание правды, нарастает и паника. В моей голове вспыхивает страшная красная цифра 0.

Трещины расходятся от меридианов на его лице. Они постепенно разгораются, словно угли, – жарко, слишком жарко. Со слабым выдохом Шиминь падает на ступени Великой стены.

– Нет! – Я опускаюсь рядом с ним. Шиминь рассыпает вокруг искры и пепел. Я безостановочно трясу головой. – Не уходи! Останься со мной!

Его улыбка печальна и одновременно безмятежна. Он гладит мою щеку пальцем, раскаленным, словно металл.

– Ты Железная Вдова. Такова наша участь.

– Не надо мне такой участи! – кричу я, стискиваю его руки, трясу за плечи – все что угодно, лишь бы не дать ему исчезнуть. – Не уходи! Не смей уходить от меня!

– Я никуда и не ухожу. – Он обнимает меня, кладет подбородок на мою макушку. – Ну как ты не понимаешь – я же внутри тебя. Все, чем я был когда-то, теперь живет здесь. – Он прикасается пальцем к моему виску, затем целует меня в лоб. – Я всегда буду частью тебя.

– Нет! Нет, нет нет!..

Его губы прижимаются к моим.

Жидкое пламя разгорается во мне. Я держу Шиминя изо всех своих сил, но удержать не могу. В моих объятиях он обращается в прах и улетает, рассеивается на обжигающем ветру, и вскоре ничего не остается, кроме обгоревшей бабочки – одно крыло инь, другое ян.

Я корчусь в беззвучных рыданиях.

Но каждая секунда, проведенная здесь, – это секунда, потраченная зря.

«У Цзэтянь, – шепчут голоса в моей голове. Не только голос Шиминя, но и Старшей сестры. И Ичжи. И матери. И бабушки. И всех тех безымянных девушек, что страдали под гнетом лжи, которую я должна разоблачить. – Стань их ночным кошмаром!»

Завывания эгуй приближаются, похожие на стоны ветра.

Битва еще не окончена. Эта реальность по-прежнему пытается поглотить меня.

И хотя всё представляется невозможным, хотя я никогда не стану прежней, хотя всё, чего мне хочется, – это упасть ничком и сдаться, я принуждаю себя двигаться дальше. Я ползу вверх по ступеням Великой стены.

На ее вершине возвышается трон. Тяжело дыша, я распрямляюсь. Вглядываюсь в сидящего на троне юношу с холодными глазами.

Цинь Чжэн с удивлением поднимает голову. Рука, на которую он опирался, падает ему на колени.

– Ха! – издает он короткий язвительный смешок. – Это что-то новенькое!

Когда мое сознание вырывается из ментальной реальности Цинь Чжэна, у меня возникает ощущение, будто я вынырнула из глубин бурного океана прямиком в душный, токсичный воздух. Меня охватывают страх и паника – настолько безмерные, что становится сразу ясно: они неестественны.

Я еще никогда так не паниковала.

Я в реальности инь-ян, передо мной возвышается духовная форма Цинь Чжэна. Он сидит, скрестив ноги, на черной стороне инь, тогда как я на белой, ян. Его глаза закрыты в глубокой сосредоточенности.

Удивительно, но он не делает попыток остановить меня, когда я взбираюсь разумом выше, дотягиваясь до органов чувств Желтого Дракона. Давление неестественных эмоций нарастает. Мне сложно переключиться на внешний мир, и лишь через несколько секунд я понимаю, что происходит.

Оказывается, Цинь Чжэн извлек Желтого Дракона из места, где тот был похоронен, и отправился на битву. Он настиг Императора-Вода, и теперь длинное, змеевидное тело Дракона лежит на склонах долины, заключив великого хундуна в кольцо. Какую бы форму ни принимал Император, вырваться из кольца он не в состоянии. Дракон напитывается его ци, словно глиняная статуя водой. Император, медленно проигрывающий этот безнадежный поединок, испускает сокрушительный поток эмоций.

Огонь, конечно, не может одолеть Воду, но Воду может одолеть Земля.

«Прекратите это… пощадите нас… пожалуйста…»

Клянусь, эти мысли исходят от Императора-Вода, но… но этого же не может быть! Откуда хундуну знать наш язык? Я вон даже кочевников толком не понимаю.