Оставшиеся части доспехов обхватывают мое тело и защелкиваются вокруг него. Ян Гуан ставит ноги по обе стороны от моего кресла, прижимается грудью к его спинке и необоримо крепко сплетает свои покрытые броней пальцы с моими.
– Не бойся, – шепчет он мне на ухо. – Давай потанцуем.
Иглы впиваются в мой позвоночник.
Открыв глаза, я вижу густой, сочащийся каплями полог из листьев. Сырой, насыщенный острыми запахами воздух удушающе действует на мой мозг. В голове ворочаются вялые, неторопливые мысли. Пытаюсь пошевелить руками – их опутывают покрытые слизью стебли. В листве бьются чьи-то невидимые крылья. Из сумрака слабо доносятся звуки плача.
Что происходит, ради всего небесного?
Где я?
Я дергаю посильнее хлюпающие плети, сковавшие мои ноги и руки. В голове сквозь туман пробивается, как дух джунглей, напевный голос тетушки Доу:
«Вы можете попасть в ментальную реальность, похожую на сновидение, – в подсознание вашего хозяина-пилота».
Сновидение? А ощущение такое, будто все это наяву.
Грудь сжимается, я едва могу вдохнуть пропитанный мускусом воздух джунглей. Странные фрукты телесного цвета проглядывают сквозь липкие извивы стеблей. Мои плечи покрываются гусиной кожей.
– Помогите. – Сквозь заросший растительностью кошмар пробивается голос ребенка. – Помогите мне!
Бешено рванувшись, я наконец избавляюсь от пут.
– Иду!
Слова утешения умирают на моем языке.
«Чтобы умиротворить ментальную реальность, следуйте своим инстинктам».
Это тоже сказала тетушка Доу. Видимо, такой совет дают всем пилотам-наложницам.
А значит, он не поможет мне выжить.
Я должна поступать ровно наоборот. Я должна…
Поток моих мыслей сбивается с курса, закручивается и рассеивается. Пытаюсь его удержать, но какая-то сила тянет его на себя и мешает сосредоточиться.
Я должна…
Я…
Где я?!
Что я здесь делаю?
– Помогите! – кричит ребенок где-то в густой растительности. – Пожалуйста!
Точно. Ему нужна моя помощь!
Выкручиваясь и пинаясь, я выбираюсь из сплетения стеблей, оставляющих на моей коже теплую слизь. Хлюпая по скользкой дряни, бросаюсь к мальчику. Его плач все ближе. И тут моя рука случайно задевает выглядывающий среди ветвей плод телесного цвета.
В голове мелькает воспоминание. Девушка. Она улыбается, а в следующее мгновение всхлипывает.
Я отдергиваю руку. Споткнувшись, падаю на плети. И все же замешательство помогает мне прийти в чувство.
Это не мое воспоминание. Я в подсознании Ян Гуана. Как я могла забыть?
Плод смотрит на меня, словно лишенный зрачка глаз на фоне листвы.
Это то, что осталось от одной из наложниц?
Осознание настигает меня, как хлыст, и я хлопаю ладонью по другому плоду.
Это память другой девушки. Я крепче прижимаю ладонь, и поток ее воспоминаний устремляется мне навстречу, словно листья, хлещущие по лицу, когда я ковыляю в лесу.
«Есть в тебе что-то особенное. Ты видишь больше, чем другие девушки».
На секунду мне кажется, что я все перепутала и голос пришел из воспоминаний Ян Гуана обо мне. Но девушка реагирует на его слова – краснеет и отворачивается. К ней протягивается рука и закладывает за ухо выпавшую прядь волос.
По всему телу колют ледяные иголки. Дрожащими пальцами прикасаюсь к следующему плоду. А потом к следующему. Трогаю все фрукты, до которых могу дотянуться.
«Это очень похоже на волшебство, тебе не кажется?»
«Ты уверена, что хочешь этого, любопытная девушка?»
«Все будет хорошо. Поверь в меня. Поверь в нас».
Снова и снова появляется цветок из дух-металла. Одни и те же слова, одни и те же приемчики – девушки разные.
Меня захлестывает тошнота. Но я продолжаю, ища неоспоримое подтверждение того, что Ян Гуан способен и на более страшные поступки.
И наконец я выдергиваю воспоминание: он хватает девушку за волосы и впечатывает ее лицом в стену. Вот оно, доказательство.
Мое существование погружается в пустоту. Я падаю, обхватив руками голову. Меня раздирают мои собственные воспоминания – мгновения, когда я усомнилась в себе, потому что Ян Гуан пробудил во мне теплые чувства. Позыв к рвоте сгибает меня пополам, но ничто не выходит из моего тела… или что там у меня сейчас.
– Помоги, – умоляет ребенок, внезапно оказавшийся рядом со мной.
Я вскидываю голову. Это Ян Гуан, но намного младше.
– Помоги, – повторяет он, глядя на меня пустым, затравленным взглядом. – Я не могу отсюда выбраться.
Голос его тих, но он прокатывается во мне очищающим приливом, который угрожает снова лишить меня способности трезво мыслить. Воспоминания девушек уплывают, словно лепестки лотоса, несущиеся к водопаду.
Но я не должна их отпускать. Я должна их сохранить.
Взревев, я хватаю мальчика за горло и швыряю на стебли.
– Это твой мозг. – Я стискиваю его горло. – Ты сам себя тут запер!
