— Нинка умерла, — сообщила Валентина Николаевна, утирая глаза платочком, — вчера еще.
— О-ох! — вскрикнула я и опустилась в кресло.
В голове не укладывалось. Как же такое возможно — каких-нибудь полгода назад увидеть в ГУМе молодую симпатичную девушку, а теперь услышать такое ужасное известие.
Ритка села на диван и сверкала в полутьме испуганными глазенками.
Резко зазвонил телефон.
— Альбина, привет! — услышала я веселый Ларискин голос в трубке. — Решила позвонить, пока Андрей в ванне. Представляешь, я тут такое про Тату узнала! Оказывается, девушка уже на другом судне капитана охмуряет! С Андреем не получилось, так…
— Лариса, извини, — сказала я, — у моего брата умерла жена.
— Ой, извини, пожалуйста, — протянула подруга виновато, — подумать только, такая молодая. Нужна какая-то помощь?
— Пока не знаю, — я вздохнула, — если что, позвоню.
— Хорошо.
Я положила трубку.
Почти сразу прозвенел звонок в дверь.
— Я открою, — кинулась в прихожую Валентина Николаевна, — это Анна Федоровна.
Вскоре в зал вошла мать Нинки. Глаза ее были сухими, вид самым обычным. С той же прической «бабетта», в очках, в деловом теплом костюме. То ли в шоке женщина находилась, то ли уже все слезы выплакала. А может, давно была готова к такой развязке.
Она села на диван и заговорила самым спокойным тоном:
— Детей у Володьки надо забирать. Я сама оформлю над ними опеку.
— Не уверен, что он согласится, — возразил дед.
— А я уверена. Если бы вы видели, в каком состоянии я нашла его утром…
— Подождите, — вступила я в разговор, — когда умерла ваша дочь?
— Вчера, я же говорила по телефону.
А нам сообщили только сегодня. По-видимому, им было просто не до этого. Ведь сейчас еще не существует ритуальных агентств. И людям самим приходится бегать — выписывать документы, организовывать похороны, поминки.
— Я привезла детей к себе, — продолжала Анна Федоровна, — попросила соседку посидеть с ними. А сама побежала к Володьке на работу. В общем, весь день мы носились, было много дел, много проблем. А вечером я поручила ему, как человеку, закупить продукты и спиртное для поминок. И принести это все в квартиру, где он жил с моей дочерью. А сама вернулась к себе.
— Почему как человеку? — удивилась я.
— Потому что он повел себя не как человек, — ответила Анна Федоровна и подчеркнула: — к сожалению. В общем, утром я отвела девочек в садик, а сама поехала на их квартиру, проверить, все ли закуплено. И что вы думаете? Он валялся пьяный, как грязь! И до сих пор, наверно, валяется. Или похмеляется. Кто их, алкашей, разберет?
— Ну, я бы не сказала, что Володька алкаш, — усомнилась я, — конечно, он не самый идеальный человек…
Меня прервал очередной звонок в дверь. Валентина Николаевна опять пошла открывать, и вскоре в зале появился Володька. Да, вид у него был определенно несвежий. Как будто не спал неделю.
Анна Федоровна испуганно повернулась к нему.
— Да не переживайте, я трезвый уже, — с досадой сказал Володька. Поздоровался за руку с Вадимом, с дедом и сел на табуретку, — что страшного в том, что человек выпил с горя?
— Прими наши соболезнования, — сказал Вадим, — мы готовы оказать помощь.
— Да мы вчера много чего уже сделали, — сказала Анна Федоровна, — сейчас главное решить проблему с опекой.
— С какой опекой? — напрягся Володька.
— С обыкновенной опекой. Я у тебя детей забираю.
— С чего бы это? — растерянно отозвался он.
— Дети не должны жить с отцом-алкоголиком, — отчеканила теща, — да еще и с гулящим.
— А почему я гулящий? Я собираюсь жениться на порядочной женщине! Я хочу жить нормальной жизнью, работать, воспитывать детей!
— И первым же делом ты нажрался! — повысила голос Анна Федоровна. — Тебе не стыдно? У жены пятки не остыли, а он жениться собрался!
— А вы знаете, почему я нажрался? — тоже повысил голос Володька. — Я же устал, как собака, таская продукты и спиртное!
— Володя, надо было нам позвонить, — сказал Вадим, — мы бы помогли.
— Да не до того было! Короче, устал я, завалился спать, а ночью проснулся, будто толкнул кто-то. И так холодно! Пошел в туалет, смотрю, а входная дверь настежь открыта! Оглядываюсь, смотрю — и окна все открыты!
Я похолодела от услышанного.
— Может, устал и забыл дверь закрыть? — предположил дед.
— Я точно закрыл, — нахмурился Володька, — у меня на автомате, захожу домой и сразу закрываю. Но даже если так — если дверь можно забыть закрыть, но как же окна? Я что, по-вашему, специально ходил перед сном и открывал их? В декабре месяце?
— А может, грабители в дом забрались, пока ты спал?
— Ага, и зачем-то окна открыли! В общем, мне так страшно стало! Вспомнил, что ящик водки на кухне стоит. Пошел и взял бутылку. Нет, ну а что мне оставалось?
— Врет он все, не слушайте его! Ищет себе оправдание! — не сдавалась Анна Федоровна. — Можно было выпить чуть-чуть и опять лечь спать, но ты почему-то напился до свинского состояния. А это говорит о том, что у тебя склонность к алкоголизму.
