Хотя что-то мне подсказывало, что такой тип людей — «ссы в глаза, скажут, божья роса», так просто от нормальных людей не отвязываются.
Мы втроем завалились в дедову комнату, и Ритка весело крикнула:
— Деда, скоро фильм начинается, идем смотреть!
Глава 15
Настроение с утра было превосходное. И, хоть окна моей спальни выходят на запад, я первым делом увидела летнее утреннее солнце. Оно заливало своим светом пятиэтажки напротив, вспыхивало и трепетало на листьях дубов и тополей, переливалось бликами в бирюзовых волнах морского залива.
Стряхнув с себя остатки сна, я помчалась в ванную умываться. Сегодня меня ждет столько нового! Я поеду в ателье заказывать железнодорожную форму, куда докачусь на троллейбусе без всяких пробок. Потом впервые буду дежурить в ночь на Угольной.
На кухне дед учил Ритку мыть посуду.
— Доброго утра! — пожелала я им.
— Доброе утро, — отозвалась Ритка, елозя по тарелке намыленной губкой, а дед поставил чайник на плиту.
— Что сегодня делать будете? — поинтересовалась я.
— То же, что всегда, — пожал плечами дед, — Ритка вернется из музыкальной школы, пообедаем, да пойдем к морю.
— Хорошо, — кивнула я.
Выбирая, что надеть, я в который раз задумалась — что же делать со своим гардеробом? Вещей у Альбины крайне мало, а в обычных магазинах чего-то приличного днем с огнем не сыщешь. Ехать на барахолку на Геологическую — не вариант, там одно платье будет по цене месячной зарплаты. А нам деньги нужны на поездку. Почаще ездить в ГУМ в надежде, что выкинут какой-нибудь дефицит и часами стоять о очередях? Переморщиться до поездки, а там, в Москве, и пополнить свой гардероб? Москва и в те годы была столицей.
Меня заинтересовала парочка платьев из шкафа, которые я еще не надевала. Одно с узорами в красных тонах, другое нежно-голубое в цветочек. Вроде летние, но материал плотный, так называемый трикатин. Невероятно модный по тем временам. Небесно-голубое платье показалось мне слишком ярким, а вот в красных тонах, пожалуй, подойдет на сегодня.
Я уже готова была выходить из дома, как дед, смотревший в окно, вдруг присвистнул:
— Светка с Володькой к нам идут!
— Как Светка с Володькой? — оторопела я. — Они что, знакомы?
— Да ты что? — на этот раз оторопел от изумления дед. — Не помнишь разве, как она за Володькой бегала?
Да, если бегала, то такое наверняка долго обсуждали и вряд ли бы кто-то забыл.
— Так это же давно было, — выкрутилась я. — А Володька наш, смотрю, нарасхват! И что в нем бабы только находят?
— Ну как что? Он высокий, видный, не пьет!
Да уж, не пьет — весомый аргумент!
— Так у них что-то было? — уточнила я. — Или она просто бегала?
— Да ты что, Володьку не знаешь? Светка же разведенная и с ребенком! Он ей и сказал сразу: «Зачем мне чужой ребенок, у меня своих полные штаны».
— Да уж, в логике ему не откажешь. Ладно, — я решила не терять времени, — я пойду их встречу и скажу, что уезжаю по делам. А про тебя скажу, что тоже куда-то ушел. Нечего им здесь делать.
Дед согласно кивнул.
Я опрометью бросилась вниз по лестнице, и с незваными гостями столкнулась в дверях подъезда.
— Ой, а вы что, к нам в гости? — изобразила я удивление.
— Да, — улыбаясь, защебетала Светка, — я к вам иду, и вдруг вижу — Володька идет! Я ему говорю: «Пойдем вместе к Альбине!». Ну, мы и пошли.
— Ой, а я уезжаю по важному делу, — на этот раз я изобразила смущение и сожаление, — какая жалость! И дед ушел в поликлинику, а это надолго. Сами знаете, какие там очереди.
— А Ритка? — в лице Светки заметалось явное неудовольствие, граничащее с обидой.
— Ритка в музыкальной школе, — развела я руками.
Однако, простые же они люди! Как три рубля после стирки! Лишь бы в квартиру влезть, пусть там всего лишь восьмилетний ребенок.
— Слушай, Альбина, поговорить надо, — подал голос Володька.
— И мне надо поговорить! — вторила ему Светка.
Я вздохнула.
— Мне по делу в центр города надо. Но, в принципе, давайте присядем на лавочку да поговорим, если недолго.
Мы расположились на лавочках вокруг доминошного стола, благо, в это время там никого еще не было.
— Ты что, ушла со Спутника? — начала разговор Светка. С лица ее не сползала гримаса недовольства оттого, что ее принимают во дворе на лавочке. А так хотелось забраться в уютную квартирку, чайку попить с бутербродиками на шару.
— Да, перевелась на Угольную, — ответила я спокойно.
— Ну ты, мать, даешь! Вот это номер!
— А что такого-то? Если мне не нравится на Спутнике…
— Так ты же сама попросилась на Спутник, чтобы место старшей занять!
— Думала, понравится, — объяснила я, — и ошиблась.
— Так ты туда рядовым кассиром перешла?
— Да.
Светка смотрела широко раскрытыми глазами:
— Так ты же десять рублей в зарплате потеряешь!
— И что, не в деньгах счастье…
— А в их количестве, — продолжил известную фразу Володька.
— Вот-вот, — сказала я, — десять рублей не стоят того, чтобы я сидела ночами в избушке без удобств.
— Ты так изменилась в последнее время, — растерянно пробормотала Светка. — А в город зачем собралась?
— Форму заказывать.
Женщина всплеснула руками:
