Сора чувствовал бы себя спокойнее, если бы ему медленно втыкали нож в глаз, но сейчас, именно в этот момент, раздвинув ноги перед Томо и понимая, что тот его вот-вот трахнет, он не испытывал смущения или стыда, а банально боялся того, что ему будет больно или вообще не понравится этот процесс. Но опасения парня не подтвердились. Коп пусть и сделал предупреждение, но был осторожен, разрабатывая вход уже тремя пальцами. Брюнету было всё тяжелее терпеть и сдерживаться, в паху ныло, руки начинали подрагивать, вниз по спине стекали липкие капельки пота — и всё это усугублял вид Ямаруты перед ним. Тот, привыкнув к ощущениям, полностью расслабился. Хотя и до этого он был очень открытым, не стеснялся и не вёл себя, как девственник, хоть наверняка им и являлся. По крайней мере, по его же словам, в роли пассива парень точно не был.
Мужчина начал массировать простату, и Сора хрипло застонал, прогнувшись в спине и невольно насаживаясь на пальцы копа. Беловолосый до этого опасался делать что-либо сам, решив набраться опыта, пока наблюдал за действиями полицейского. Но уже через две минуты после того, как брюнет вытворял что-то немыслимое по мнению Соры, железный и вовсе отпустил все тормоза, застонав в голос, раздвигая ноги шире и стараясь двигаться в такт. Тогда же коп вынул пальцы из тела парня и услышал разочарованный вздох. Он лишь секунду потратил на обдумывание того, понадобятся ли ему презервативы, и пришёл к выводу, что хочет чувствовать Всё. Сначала Томо потёрся головкой члена о разработанное отверстие, нависая над парнем и вглядываясь в помутневшие жёлтые глаза, дразня его. Сора попытался что-то сказать, поторопить брюнета, обвивая руками его шею, но получался лишь невнятный шёпот. Коп, получив неописуемое удовольствие от подобного, мучительно медленно для них обоих вошёл в парня, вырывая из его глотки протяжный хрип.
Ямаруте действительно было практически не больно, и он удивился этому, ведь член полицейского был больше, чем у него самого — комментарии о чём он решил отложить на потом. Стоит поблагодарить Томо за его деликатность. Коп начал делать медленные размеренные движения, упершись руками в кровать по обе стороны от Соры и тяжело дыша ему на ухо. У беловолосого буквально сносило крышу. Подобное он испытывает впервые. Парень хватался за спину полицейского, царапая кожу, прижимал его к себе и ёрзал в попытках ускорить его. Боль присутствовала, но железный её практически не воспринимал, за что мысленно от всей души поблагодарил всех своих палачей, подаривших ему высокий болевой порог.
Брюнет, из-за особенно сильного толчка со стороны Соры, зажмурился, подавляя собственный стон. Давно у него никого не было. Проститутки — не в счёт. Он исключал тот вариант, что Сора мог Настолько сильно возбудить его. Как такой идиот может довести до подобного состояния? Когда хочется просто перевернуть его и жёстко выебать… Впрочем, а зачем эти нежности? Тем более с ним. Томо так и поступил. Резко вышел из парня, перевернул его на живот и снова, уже грубо, вошёл. Тот даже возмутиться не успел, лишь зашипев сквозь зубы. Парой несложных движений коп заставил Сору приподнять задницу и стал набирать темп, с каждым новым толчком всё сильнее вдавливая его лицом в подушку. Ямарута облизывал пересохшие губы, не стесняясь стонать в голос от удовольствия, разливающегося по телу и отдающегося яркими вспышками перед глазами. Он понятия не имел, что может быть Настолько хорошо. Парень лишь еле-еле приоткрыл глаза, дабы посмотреть на полицейского, и одними губами прошептал:
— Ещё…
Какой тут контроль? Сора выбил все его остатки всего лишь одним словом. Томо раньше и не задумывался о том, что кто-то ещё хоть раз в жизни заставит его хотеть кого-то так сильно. Коп не столько любил грубость, сколько любил доводить партнёра до исступления, заставляя кричать от удовольствия, извиваться под ним и насаживаться на его член. Но сейчас он при всём своём желании не смог бы продемонстрировать Соре такой уровень контроля над чужим телом, ведь этот парень, этот железный, это он контролировал ситуацию, он управлял Томо, и именно он всё же сделал то, чего не удавалось никому, кроме одного, уже давно умершего человека.
Сора кончил, стискивая одеяло и содрогаясь всем телом. Он напрягся настолько сильно, что у брюнета на пару секунд перед глазами всё потемнело от слишком острых ощущений. Мужчина вышел из парня и ловко перевернулся, поменявшись с ним местами, из-за чего беловолосый смотрел на брюнета сверху и даже немного пошатывался из-за лёгкого головокружения. Перед глазами плясали тёмные пятна, а в ушах шумело, и Сора не мог понять, чего от него хочет коп. И лишь почувствовав, как полицейский приставил влажную головку члена к его анусу и сделал лёгкий толчок внутрь, Сора кивнул и, упёршись ладонями в грудь мужчины, начал насаживаться на него сам. Поза сверху оказалась очень удачной, ибо спустя уже пару секунд стоны беловолосого возобновились.
