Сора вёл себя так же сдержанно, как и его собственный инструктор, когда-то преподававший его группе уроки обращения с «железкой». Он ещё тогда уяснил, что повышать голос и постоянно ругаться — только силы тратить. Но ни в одной группе не обходилось без такого ученика, который тут же начинал показывать своё большое и очень важное Я, и Сору такой не заставил себя ждать. Самый старший из его подопечных вышел вперёд и, сунув руки в карманы, заулюлюкал:
— Мне страшно подумать, на что способен такой, как Вы, — парень сделал особое ударение на последнее слово, что было расценено беловолосым как издёвка, которую он проглотил. — Может, покажете что-то сейчас, поставите всех, кто выпендривается, на место? — подросток был уверен в себе. Вот только он не знал, что из-за таких, как он, всё самое интересное показывалось именно Всем. Никто никогда не выходил из аудиторий в подобные моменты.
Сора пожал плечами — что можно было интерпретировать как «почему бы и нет?» — и опустил руку с бумагой и ручкой, а вторую спрятал в карман штанов.
Послышался не громкий, но отчего-то противный треск, быстро сменившийся на скрежет металла. У находившихся в помещении создалось впечатление, будто это скрежетание раздавалось сразу со всех сторон. Странные звуки эхом отдавались по большому помещению без намёка на какую-либо мебель или другие посторонние предметы, способную подавить его, и от этого казалось, что скрежет и вой металла становились громче.
Из-за спины маленького инструктора показались гарпуновидные наконечники четырёх хвостов, а затем эти хвосты медленно поднялись вверх на два метра и застыли. Каждая железная конечность действительно была исполнена в виде продолжения позвоночника и состояла из железных позвонков, незначительно уменьшающихся в размерах ближе к наконечнику.
Толпа изумленно выдохнула, а парень, спровоцировавший Сору, с трудом проглотил образовавшийся в горле ком и почти перестал дышать, взирая на хвосты мальчика.
— Эти хвосты теперь есть и у вас, но нужно научиться ими управлять, иначе вы можете случайно поранить себя или кого-то ещё. И это только в лучшем случае, — Сора так же медленно начал двигать стальными конечностями, как бы демонстрируя их новичкам. Те не прекращали восторженно охать. Каждое движение любого из хвостов сопровождалось тихими размеренными щелчками — это двигались механизмы внутри позвонков.
— А можно вопрос? — не отрывая взгляда от железа, скромно поинтересовалась длинноволосая высокая девочка из первого ряда. — Как… как Вы их чувствуете?
— Как свои собственные. Будто они всегда у меня были, — с готовностью ответил Сора.
— А мне тоже интересно! — воскликнул парень так же из первого ряда и, опомнившись, уже не так громко спросил:
— А можете показать маску, пожалуйста?
И после его вопроса ещё несколько подростков активно закивали головами. Беловолосый с хитрым прищуром посмотрел на этого парня и кивнул головой, и вместе с этим на его лицо очень быстро упала железная зубастая маска. Никто так и не понял, откуда она взялась. Сора так же быстро убрал её обратно и пояснил:
— Маска сделана по типу трансформера, она практически полностью механическая. Находится так же в позвоночнике. После того, как операция проходила удачно, вас отправляли в реабилитационный центр, — Сора имел ввиду соседнее здание. — Там вы приходили в себя после операции, но там же с вашим организмом происходили изменения. Пластины и механизмы двух позвонков расползались по всему вашему позвоночнику и, грубо говоря, срастались с ним. Поэтому можете считать, что весь ваш позвоночник — железный. Однако шейные позвонки в ходе операции так же подвергалась некоторым изменениям, и маска, в исходном её положении, находится именно там. Все её детали и части двигаются и перемещаются из шейных позвонков на ваше лицо, соединяясь и создавая железные челюсти. У каждого они уникальны, поэтому сказать точно, насколько неприятно будет надевать маску — не могу, — механизмы и пластины железной челюсти Соры частично стали наползать на его лицо, и затем мальчишка остановил этот процесс, оставив маску наполовину надетой. — Моя, например, полностью разрывает мне щеки и рвёт мышцы, заменяя их своими частями. Поэтому когда я надеваю маску, рот перестаёт быть ртом, а становится пастью, широкой и с кучей острых железных зубов.
Челюсти стали медленно рвать мышцы лица маленького инструктора, заменяя их своими частями, и наползая даже на его зубы, язык и внутрь горла. Пара человек из толпы взволнованно охнули.
