Мы задержались у перил ещё немного, наблюдая за следующим поединком. На этот раз вышли двое более опытных бойцов. Их движения были резкими, точными, удары звенели по воздуху с явной угрозой. Они знали, что делают. Они знали, зачем пришли. Ни лишних движений, ни колебаний.
Лорен чуть подался вперёд, следя за ходом боя.
— Вот этот справа, в кожаном жилете, — сказал он, кивая в сторону одного из бойцов, — он дрался в прошлогоднем турнире. Дошёл до полуфинала.
Я кивнул, оценивая его манеру держаться.
— Быстрые ноги, хорошая реакция, но он слишком часто делает ложные выпады, — заметил я. — Если попадётся на того, кто умеет читать его движения, он труп.
— Возможно, — согласился Лорен, а затем с улыбкой добавил: — Хорошо, что ты не участвуешь, а то парню пришлось бы сразу сдаться.
— Я бы ему даже шанс дал, — усмехнулся я. — На один удар.
Лорен рассмеялся, а я снова перевёл взгляд на арену. Пыль клубилась вокруг бойцов, но сейчас всё было не столь напряжённым — всего лишь тренировка. С трибун доносились редкие выкрики, кто-то обсуждал технику ударов, кто-то просто смотрел из любопытства. Жизнь продолжалась. Бои сменялись, лица тоже, но суть оставалась той же. В отличие от разговоров о женщинах, здесь всё было просто.
И именно поэтому мне здесь нравилось.
Солнце лениво пробивалось сквозь облака, бросая бледный свет на тренировочную площадку. Песок скрипел под сапогами, остро врезаясь в подошвы, воздух был тяжёлым, пропитанным запахом металла, пыли и чуть уловимой прохладой утреннего тумана, который ещё не успел рассеяться. Я проверил хват на рукояти меча, прикидывая, сколько у нас времени, прежде чем начнутся отборочные бои. Лорен разминал плечи, крутя шеей, будто собирался не просто тренироваться, а отправиться на смертный бой.
— Разомнёмся? — спросил он, ухмыляясь. — Вдруг перед боем я получу пару новых синяков, и мои противники решат, что я уже побит?
— Или поймут, что тебе не стоило выходить на арену вообще. — я кивнул ему, принимая боевую стойку.
Но прежде чем мы успели начать, нас прервали шаги. Тяжёлые, размеренные, с оттенком самодовольной неторопливости. Я поднял взгляд и увидел юношу в добротном плаще, с золотой брошью в виде герба, который мне был незнаком. Его лицо показалось мне смутно знакомым — наверное, я видел его на церемониях Академии, среди тех, кто привык смотреть на других сверху вниз. Это был Альберт Ланверн, как я понял по перешёптываниям студентов позади. Высокий, худощавый, с ухоженными светлыми волосами, собранными лентой, он двигался с лёгкой, но нарочито ленивой грацией человека, знающего себе цену. Выражение его лица — смесь снисходительной учтивости и едва скрытого презрения.
За ним плёлся его оруженосец, худой юнец с вечно опущенным взглядом. Он едва успевал за своим господином, вжимая голову в плечи, словно ожидал удара.
— Максимус Айронхарт! — протянул Ланверн, окидывая меня оценивающим взглядом, словно взвешивая на невидимых весах. — Я как раз искал возможность познакомиться. Всё же сын одного высокоблагородного дома встречает сына другого. К тому же, из чужого государства. Разве не символично?
— Альберт Ланверн, — ответил я, даже не пытаясь скрыть безразличие. — Если пришли любоваться, то лучше подождать до отборочных.
— Ах, ну что ты, — усмехнулся он, сложив руки за спиной. — Просто подумал, что перед началом турнира стоит представиться должным образом.
Я молча наблюдал за ним. Он наслаждался каждым словом, словно смаковал его на языке.
— Надеюсь, удастся скрестить с тобой мечи, Айронхарт, — продолжил он, его глаза сузились, наблюдая за моей реакцией. — Это будет знаковое противостояние. Элдория против Алханроэля. Настоящее зрелище.
Лорен фыркнул. Я же просто спокойно ответил:
— Я не участвую в турнире.
На миг воцарилась тишина. Затем Ланверн тихо засмеялся. Смех был короткий, лёгкий, как если бы я только что сказал что-то нелепое.
— Неужели? — он склонил голову набок. — Айронхарт, скажи мне, неужели ты боишься проиграть?
— Турнир среди студентов? Меня не интересуют детские игры. Если мне и придётся скрестить с кем-то мечи, то только там, где проигравший заплатит не только своей гордостью, но и кровью.
На этот раз его улыбка стала чуть натянутой. Глаза вспыхнули холодным блеском. Он смотрел на меня, словно пытался прочесть что-то между строк, но всё, что он нашёл, было правдой.
— Хм, — он кивнул. — Что ж, посмотрим, как долго ты сможешь оставаться в тени. Иногда судьба сама выводит нас на арену, нравится нам это или нет.
Он резко развернулся, бросив через плечо оруженосцу:
— Пошли, отребье, — бросил он с презрительной усмешкой, не удостоив оруженосца даже взгляда. — Не будем тратить время на пустую болтовню.
Юноша кивнул, поспешив за ним, а Лорен громко выдохнул, как будто сдерживал смех.
— Он просто зол, что ты не даёшь ему возможности блеснуть на твоём фоне. — сказал он, закручивая меч в руке. — Уверен, он уже представлял, как пафосно раскланивается после боя с тобой.
— Пусть ищет себе других развлечений, — я снова занял боевую стойку. — Нам есть чем заняться.
