Она грубо берет меня за намордник и выводит за дверь. Дюжина тяжеловооруженных бойцов Львиной гвардии, с красным шаром планеты на левом плече, все до одного марсиане, ждут под дождем перед военным кораблем, ощетинившимся орудиями и сверкающим огнями. Гвардейцы держат винтовки наготове, механизированные шлемы сканируют окружающие здания. Над головой кружит несколько темных силуэтов. Стражи с местного КПП взирают на гвардейцев с благоговением и посматривают из окон на тени в небе. Их тоже охраняют, оружие у них забрали. Страж-алый с пирамидой «Вокс попули» на мундире потирает рассеченную губу. Он сидит в наручниках. На полу рядом с ним валяется разбитый датапад.
Холидей обращается к стражам:
– Информация, которую вы сегодня услышали, засекречена. Скажете кому-то хоть слово об этом – и вам будет предъявлено обвинение в государственной измене. Второй челнок летит сюда, чтобы забрать вас для дачи показаний. – Она смотрит на окровавленного алого. – Если желаешь когда-либо достичь большего, чем сортировать мусор в Дипгрейве, советую подчиниться. – Она поворачивается ко мне. – Когда я скажу «беги», ты закроешь глаза и побежишь. Ясно?
Я киваю.
– Посылка готова к отправке, – говорит Холидей в микрофон. – Черный Огонь? Оцелот? – Из интеркома у нее на ухе слышится бормотание. Она смотрит на меня, сдергивает винтовку с плеча и досылает заряд. – Три. Два. Один. Беги!
Три стробоскопа вспыхивают ярко-белым на верхней части корабля, ослепляя меня прежде, чем я успеваю закрыть глаза. Солдаты бегут, волоча меня за собой. Я чувствую дождь, бетон под ногами, а потом металлическую палубу корабля. Зрение возвращается ко мне, кругом все зеленое от огней челнока; солдаты вместе со мной входят в хвостовую часть. Челнок стартует, не убирая трапа. Когда мы оказываемся в сотне метров над землей, марсиане взлетают на гравиботах и приземляются внутри корабля. Лишь тогда люк закрывается.
Раздается рев двигателей; меня толкают в кресло. Солдаты не опускают оружия. Золотой и черный касаются своих клинков на предплечьях. Через иллюминаторы кабины я вижу темные фигуры, все еще сопровождающие нас. Когда они проносятся сквозь дождь, я мельком замечаю угольно-черные шлемы, напоминающие кошмары из глубинных шахт, и тяжелые черные доспехи.
– Компании пока нет? – спрашивает Холидей у пилота-синего в шлеме.
– Небо чистое, мэм. Гражданский транспорт перенаправлен. Мы будем на правительственной высоте через десять секунд.
У меня закладывает уши. Потом воцаряется тишина – не считая гула двигателей. Все нервничают. Опасаются новой атаки со стороны похитителей? Как далеко могут простираться их возможности?
– Расстояние до цитадели?
– Пятьдесят километров.
В кабине что-то пищит.
– Приближаются неизвестные воздушные корабли. Атмосферные штурмовики, – докладывает пилот. – Спускаются с носителя. Опознавательные знаки семьи Барка.
– Сколько их?
– Четырнадцать штурмовиков. Два катера с артиллерийским вооружением. Запросить поддержку у небесного лорда?
– Чертова баба! – бормочет Холидей. – Нет. Предупреди цитадель, но скажи небесному лорду: пусть подождет. Мне было приказано проделать все тихо. Не хватало еще слухов из-за боя над городом.
Синий выполняет приказ, а второй пилот тем временем говорит в гарнитуру:
– Внимание кораблям дома Барка! Говорит воздушно-штурмовая группа «Прайд-семь». Вы нарушили пространство правительства республики и предписание правительницы. Немедленно смените курс и вернитесь на гражданскую высоту. У вас десять секунд на исполнение.
Они не меняют курса. Теперь я вижу их в иллюминатор. Маленькие черные точки вдали, крохотные, как мухи, парят строем, чтобы не дать нам добраться до цитадели.
– Входящее сообщение.
– Накамура! – рычит из интеркома низкий женский голос. – Я должна была догадаться, что она пошлет тебя. Выключи двигатели и отдай мне эту террористку-алую.
Синий передает Холидей автономный коммутатор.
– Виктра, свидетельница находится под арестом. Не вмешивайся в сферу полномочий республики. У меня приказ правительницы доставить алую любой ценой. Не лезь в неприятности.
– Дорогая, неприятность – это я.
Два луча света несутся к нам от ее кораблей, рассекая тьму, и проходят в считаных метрах от кабины.
– Они забрали мою дочь. Мою дочь!
Я дрожу, осознав, кто сейчас на связи.
– Ты хочешь, чтобы об этом знала вся чертова республика? – рычит Холидей. – Они заставят правительницу уйти в отставку! Уведи свои корабли. Свидетельницу допросят, чтобы мы могли вернуть твою дочь. Ты зря тратишь время.
– Допрос? – Виктра хохочет. – Новые полумеры Виргинии! Посмотри, что они нам принесли. Теперь моя очередь!
– Если ты снова откроешь огонь по этому кораблю, то можешь уничтожить нашу единственную зацепку. Свидетельница сама пришла к нам. Мы летим в цитадель.
– Вы, идиоты, потеряли моего ребенка! Я верну ее. Словами или железом. Выбор за тобой. Отдайте мне эту алую – или я приду и вырежу ее из чрева вашего корабля. У вас десять секунд на исполнение этого требования. Конец связи.
Холидей обеспокоена:
– Передача шла с кораблей?
– Нет, мэм.
