— В молодости, примерно лет тридцать назад, я была также красива и очаровательна, как и вы, и тоже про-исходила из семьи дворянина. Правда, настолько обеднев-шего, что он вынужден был договориться с разбогатевшим купцом, вассалом графа Эссекса, о замужестве одной из его дочерей — то есть меня, с сыном купца, красивым моло-дым юношей. Его звали Генрих. Когда я увидела его, то влюбилась по уши. Меня не интересовали мое положение в обществе, деньги — я была безумно влюблена в прекрасно-го купеческого сына. Да, собственно говоря, это был весьма удачный брак для нашей семьи. Мой отец не должен был давать за мной приданое, наоборот, отец Генриха ссужал его деньгами. Я приносила в новую семью только свою красоту, честь, связи отца, знатное происхождение. Мой жених приезжал к нам в дом каждый день, приехал он и в тот памятное утро, когда до свадьбы оставалась неделя. Считая, что уже все решено, отец разрешил нам съездить на речку. Был прекрасный летний день, и мы с Генрихом вдо-воль накупались и наплавались в прогретой жарким солн-цем воде. Когда солнце начало клониться к вечеру, мы от-правились домой. Генрих относился ко мне, как к святой, он даже не осмелился ни разу поцеловать меня. Дело в том, что я была очень строго воспитана и целомудренна, и он боялся напугать меня. Радостные и влюбленные, мы шли по дороге домой. И вдруг послышался конский топот. К нам подъехало несколько знатных дворян на прекрасных лошадях, в дорогих, расшитых золотом костюмах. Среди них выделялся своей надменностью высокий крепкий муж-чина. Он был рыжий, с наглыми голубыми глазами.
— Ого, какая красавица! Нечасто встретишь среди простого люда такую птичку! Парень, кто она тебе, и кто ты сам? — наглый рыцарь спросил у моего Генриха. Он, поклонившись и назвав свое имя, добавил, что он вассал графа Эссекса, а я — его невеста
— Невеста, говоришь? А свадьба когда? — рас-спрашивал дальше рыжий здоровяк.
— Через неделю, милорд, — опять поклонился мой жених.
— Значит, ты сын моего вассала! И ты женишься? А ты знаешь о моем праве первой ночи? Я не буду препят-ствовать тебе в твоем желании жениться на этой красотке, но и свое право я хочу осуществить. Дело в том, что я ваш новый граф.
— Его звали Дирк Хоукхарт, миледи! — догада-лась взволнованная Изольда.
Не ответив ей, леди Регина продолжала свой рас-сказ.
— У меня не будет времени приехать к тебе на свадьбу, чтобы получить то, что мне положено по закону, так что думаю, что сейчас самый подходящий момент, — рыжий мужчина похотливо смотрел на мою грудь.
Поняв, что сейчас произойдет, мой жених выхватил нож и встал впереди меня, закрывая своим телом. Рыцари достали свои мечи. Их было четверо.
— Не переживай, лишь я, твой господин, проведу часок с твоей невестой. Все будет по закону. Остальные лишь придержат тебя, дурака, чтобы ты не лез на рожон. — С этими словами рыцари стали теснить моего жениха, на-гло смеясь.
Что значил его жалкий нож против мечей четырех опытных воинов? Но Генрих, бледный как смерть, решил защищать меня ценой своей жизни. Но зачем мне была бы жизнь, если бы его не стало?
— Милорд граф, я согласна отдать вам мою невин-ность, если мой жених будет невредим. Какие же вы рыца-ри, если вчетвером нападаете на одного, и даже не военно-го человека. Не трогайте его, и я не буду сопротивляться.
— Ты дала обещание, птичка! Эй, Гуго! Не трогать парня! Отвечаешь головой, если ранишь его! Обезоружьте и придержите.
Обезоружили моего возлюбленного очень быстро, и пока рыжий граф, отведя меня в кусты, наслаждался мо-им телом, крепко держали за руки. Когда все было конче-но, граф толкнул меня к жениху и сказал:
— Ну, парень забирай свою невесту! И не забудь, позови своего сеньора на крестины своего первенца! Кто знает, чей он будет! — и грубо загоготал.
— Я не нуждаюсь в твоих объедках! Свадьбы не будет! — мой любимый, которому я спасла жизнь, плюнув мне и графу под ноги, пошел по дороге по направлению к городу. А я осталась стоять, окаменев от ужаса и горя.
— Ну и скотина! — поразился рыжий граф. — Хо-чешь, красотка, я засуну ему эти слова в глотку?
Но я молчала, если бы меня убивали, и тогда я не вымолвила бы ни слова. В течение получаса моя жизнь бы-ла сломана.
— Милорд, вернуть его? — предложил графу его рыцарь.
— Не надо, вряд ли этот хам будет хорошим му-жем этой нежной птичке. Я придумал кое-что получше. Моей новой жене понадобится горничная. Думаю, это бу-дет хороший выход. — С этими словами он перегнулся че-рез седло и закинул меня на спину лошади.
Воспоминания, которые пожилая женщина загнала глубоко внутрь своей памяти, вдруг ожили, как будто эти события произошли только что, и бедная женщина глухо зарыдала, содрогаясь от горя. Нет, она ничего не смогла забыть!
Девушки прижались к ней с двух сторон и тихо молчали.
