— Вот там-то я и узнала, что такое хозяин. Я стала горничной у графини, матери Альмера. Это была замеча-тельная женщина, просто ангел! Мы с ней сильно подру-жились. Она была мне как сестра, а не госпожа. Она не лю-била своего мужа, просто терпела. Этот человек понимал только свои желания и считался только с силой. Она была слишком хрупкой для такого зверя и избегала его, как только могла. Он приставал ко всем служанкам в доме, ес-тественно, и ко мне. Когда я отказалась, уважая мою бед-ную госпожу, он скрутил меня и изнасиловал, холодно и без тени какого-то чувства. Ему нужна была не душа жен-щины, а лишь ее тело. Если не считать женское тело, Дирк Хоукхарт отлично обходился и без женщин. — Леди Регина вздохнула, и, взяв себя в руки, продолжила, свой рассказ.
— Мы с моей бедной госпожой забеременели прак-тически одновременно и родили наших сыновей с разницей в две недели. Граф Хоукхарт нашел мне мужа, чтобы его бастард стал законнорожденным дворянином. Моему мужу было около шестидесяти лет. Он был неплохой человек, но очень старый. Я ему была благодарна за то, что он дал Рею свое имя. Я родила Рея раньше на две недели своей госпо-жи и смогла присутствовать при родах Альмера. Мой бед-ный синеглазый ангел скончался у меня на руках, перед смертью взяв с меня клятву, что я заменю ее сыну мать, — рассказчица тяжело вздохнула. — После ее смерти я всю свою любовь отдала нашим с ней сыновьям. А их отцу, графу, я сказала, что если он еще раз меня изнасилует, я его напою и кастрирую. Понимаете, мои дорогие, я не могла предавать ее память! Вот так я и отвадила его. Не то, чтобы он испугался, просто у Дирка нельзя ничего выпросить, он уважает только силу. А я стала сильной после всего, что произошло со мной.
Так и закончился рассказ. Все сидели и молчали.
— Теперь вы понимаете, почему я всегда на сто-роне моих сыновей? Кроме них, у меня в жизни ничего нет, и не было. Ни мужа, ни любви, ни счастья… Даже единст-венную подругу, не пожалев меня, господь забрал на небе-са. Видно, она была слишком хороша для этого мира. Она была этому скоту женой, а обращался он с ней, как с про-стой служанкой. Просто она была слишком слабой для Дирка Хоукхарта. Вот и теперь сравните, как с вами обра-щаются мои мальчики, и как со мной или с матерью Аль-мера. А Альмер и Рей, конечно, сыновья этого человека. Плоть от плоти его! Хоукхарты считают — если ты слаб, значит — должен подчиняться! Я, конечно, старалась смяг-чить их натуру, кое-что мне удалось, но кровь Дирка не-возможно усмирить воспитанием. Вот и все, что я хотела вам рассказать, мои дорогие! Давайте ужинать! И начнем улыбаться, хватит о грустных вещах вспоминать!
Подарки коню
Прошло две недели после того, как рыцари заставили мо-лодых женщин вернуться к ним в спальни. Но ссора, хотя на первый взгляд и затухла, на самом деле тлела под серым пеплом обид и разочарований. Все резко переменилось, особенно в постели. Мужчины по-прежнему горели стра-стью к своим прекрасным пленницам, казалось, холодность их наложниц лишь подогревала их чувства. Великолепным мужчинам, Альмеру и Рею никогда и никто не отказывал, и это непреклонное сопротивление юных женщин лишь рас-паляло их желание покорить гордые души своих любовниц.
А сестры были безразличны, хоть и на вид покор-ны. Они молча терпели их объятия, не испытывая никакого наслаждения от их поцелуев и ласк. Мужчины с неудо-вольствием отметили, что их прекрасные наложницы больше не испытывают удовольствия во время близости с ними, просто лежат и молча дожидаются, когда рыцари удовлетворят свои желания и оставят их в покое. Братья злились, но придраться было не к чему. Внешне все было как всегда. Лишь только можно было отметить еще то об-стоятельство, что при малейшей возможности они убегали в свою мастерскую, где уже сложилась теплая женская ком-пания, и тогда оттуда доносился веселый женский смех, который уже две недели братьям не удавалось слышать в их спальнях.
Ясно было одно, что Альмер и Рей больше не инте-ресуют их любовниц. Долго так продолжаться не могло, и братья, посоветовавшись, решили еще раз попытаться ис-править сложившуюся ситуацию. Правда, было совершенно неясно, как можно было заставить упрямиц изменить свое поведение. Герцог Альмер, когда девушки после завтрака направились в мастерскую, попросил их задержаться.
— Милые леди, мне, по меньшей мере, не совсем понятно ваше поведение в последнее время, — начал не-приятный разговор Альмер.
— А что же мы такого делаем, милорд, что вызы-вает ваши нарекания? — спросила хмурая Изольда. — Мы выполняем все ваши указания. Спим вместе с вами, прихо-дим в общий зал обедать, работаем, не устраиваем ссор.
— Мои нарекания вызывает ваше настроение, — пояснил герцог.
— Настроение наше не подвластно даже нам са-мим, милорд, — Изольда отстраненным взглядом смотрела на Альмера. — И если оно вам не нравится, вспомните, что оно было испорчено в результате вашего поведения.
