Я пронесся до моста минут за двадцать. Чтобы не напрягать больное горло девчушки, я ни о чем не спрашивал ее, а чтобы развлечь, немного рассказал о нашем с Дымом путешествии. Но она все же несколько раз хрипло пролепетала:
– А почему его зовут Дым? Он что, умеет летать? А почему у него два ошейника? У него тоже горло болит? А за что медали?
У деревянного моста я причалил и помог девчушке подняться на бугор. Перед нами открылась довольно большая деревня. Девчушка вытянула тонкую руку и улыбнулась.
– Анушкино, а я Анюшка.
– Ребята, где медпункт? – спросил я у мальчишек, которые, как воробьи на проводах, сидели на мосту; одни с удочками, другие просто глазели на поплавки.
– Я знаю, – Анюшка потянула меня за руку. – Там доктор тетя Нина.
На пороге медпункта нас встретила молодая женщина в белом халате.
– Вы доктор тетя Нина? – спросил я.
– Да, – кивнула женщина и присела на корточки перед девчушкой. – Анюшка, это ты? Опять заболела? А где мама?
Я все объяснил.
– У нас был свой «Газик», но сломался, – вздохнула докторша. – А у районной администрации на новую машину денег нет. Теперь наша «Скорая помощь» – запряженные лошади, мотоциклы, лодки… И телефонная связь не со всеми деревнями.
– Безобразие! – зло усмехнулся я. – И это в двадцать первом веке. Если бы я был членом правительства, я каждой сельской семье выделил бы мобильный телефон и на каждый район санитарный вертолет.
– Когда пойдете в правительство, считайте, что один голос у вас уже есть, я буду голосовать за вас, – улыбнулась докторша и взяла девчушку за руку. – Пойдем Анюшка. И скажи дяде «спасибо».
– Спасибо, – осипшим голоском проговорила девчушка.
– Выздоравливай Анюшка скорее! – попрощался я и направился к байдарке.
Идти против течения оказалось не так-то легко. На обратную дорогу я затратил больше часа, но самое страшное произошло в конце пути – судьба подготовила мне зловещий удар. Нет, я не налетел на гигантский камень, в меня не врезалось плывущее бревно – хотя, лучше б случилось именно это, а не то, что меня ожидало. Подходя к нашей стоянке, еще издали я заметил – Дыма около палатки нет. Тревожное предчувствие охватило меня. Обычно Дым ждет меня там, где я указал ему сидеть, и я всегда был уверен – он будет ждать меня до тех пор, пока я не появлюсь, сколько бы не прошло времени. Наверно, устал сидеть в одной позе и прилег в палатке? – мелькнуло в голове и, причалив я позвал его:
– Дымок!
Но он не появился. Я вбежал в палатку – она была пуста. Я стал носиться вокруг лагеря и кричать:
– Дым! Дым, ко мне!
Еще не было случая, чтобы он не прибежал по первому моему зову. На этот раз не прибежал. Я разволновался так, что сердце прямо выскакивало из груди. Может, опять ищет военные трофеи и забрел далеко в лес? – подумалось. Сложив ладони рупором, я стал орать во всю мочь:
– Ды-ым! Ды-ымок!
В ответ мне неслось только эхо.
До позднего вечера я бегал по берегу, выспрашивал у рыбаков и байдарочников – не видели ли они моего друга. Никто не видел. Тогда я предположил маловероятное – а что если Дым не выдержал моего почти двухчасового отсутствия и, против своей воли, ведомый преданностью мне, побежал по берегу в сторону, куда я уплыл с девчушкой? А, увидев байдарку у моста, пошел по моим следам в деревню, но каким-то образом мы разошлись? Мог же он потерять след и свернуть не на ту улицу?! Эта нелепая ситуация настолько втемяшилась мне в голову, что я сел в лодку и еще раз сгонял к мосту, по пути то и дело выкрикивая имя своего капитана. Но и мальчишки (всего двое, самых стойких), оставшиеся на мосту, не видели Дыма.
В невыносимо тяжелом состоянии, с трудом ворочая веслом, я преодолел расстояние до стоянки и обессиленный лег перед палаткой. Все мои поиски прошли впустую. Но потом я подумал: в конце концов куда бы Дым ни убежал, обратную дорогу он найдет всегда. Небо, к счастью, чистое, дождя не предвидится, его следы не размоет, а чутье и память ему не занимать. Единственная неприятность – темнота. Надо разжечь костер, чтобы моему другу было легче ориентироваться, когда он подбежит к реке.
Я подошел к месту, где был костер, и вдруг среди пепла увидел загадочную фигуру из головешек – нечто похожее на «запечатанное письмо» в игре «городки». Что за странная фигура? Что она означает? Случайное изображение или дело чьих-то рук? Пребывая в нервном возбуждении, я сразу заподозрил в фигуре скрытый умысел, но потом встряхнулся и осадил себя: – Не выдумывай всякую чушь! Подвинти мозги! Будь как Дым – он никогда не теряет разум!
Я запалил большой костер – наверняка, вдоль берега его было видно за несколько километров. И просидел около него всю ночь, в ожидании Дыма. Заслышав какие-либо шорохи, я вскакивал и звал своего друга, но когда смолкало эхо, стихали и шорохи. Несколько раз мне мерещилось – вон он бежит по берегу, у самой кромки воды, даже различимы светящиеся глаза…
